Лекции и учебные пособия по системному анализу

Системный анализ

«Основы теории систем и системного анализа»

В. Н. Спицнадель

Оглавление    
Глава 1.2, «Современный этап научно-технической революции (НТР)» Глава 2, «Логика и методология системного анализа»

Глава 1.3, Категориальный аппарат науки и системного анализа

Знание точного значения слов и их различия между собой, хотя бы и самого легкого, есть необходимое условие всякого истинного мышления, ибо слова суть выражения понятий. А можно ли мыслить, не умея отличать во всей тонкости одного понятия от другого?

В. Г. Белинский

Сначала познакомимся с видами понятий, с которых должна начинаться каждая истинная наука (научная дисциплина):

  • Понятие — это мысль, которая отображает общие и существенные признаки предметов.
  • Термин — точно выраженное содержание научного понятия.
  • Категория — предельно широкое по объему понятие, которое не подлежит дальнейшему обобщению.
  • Объем понятия — знания о круге предметов, существенные признаки которых отображены в понятии.

Потребности практики и развития НИР в условиях НТР придали задаче упорядочения терминологии особо важное значение. По подсчетам специалистов, если каждый инженер будет терять только пять минут на уяснение нечеткой технической терминологии, то потеря рабочего времени (в денежном выражении) составит в целом по стране 1,5 млрд. руб.

Один мудрец сказал: «Перед тем, как затевать спор, необходимо договориться о терминах». В самом деле, чтобы не возникало взаимных обид, неопределенности и недомолвок, смысловые обозначения должны быть предельно ясными, конкретными, не допускающими двойного толкования. Между тем в нашем производственном бытии довольно часто встречаются термины не только неясные, но даже вступающие в логическое противоречие с собственным смыслом.

«Ничто так не враждебно точности суждения, как недостаточное различение». Эти слова Эдмунда Берка, автора знаменитой книги «Размышления о Французской революции» Пушкин первоначально поставил эпиграфом к первой главе своего «Евгения Онегина». «Недостаточное различение», на опасность которого обращал внимание читателей своим эпиграфом Пушкин, стало причиной казуса, происшедшего с профессором Шляпкиным, смешавшим записки доктора Лерхе с записками доктора Кука.

Беседуя на тему терминологии со многими работниками производства, я убедился, что такие понятия, как «прогресс», «выполнение плана», «новая техника» и другие вызывают массу разночтений. Говорили мы вроде бы об одном и том же, но... на разных языках.

Эту странную ситуацию откровенно прояснил начальник технического отдела Главного управления:

— Начинать разговор об освоении новой техники,— сказал он,— нужно с вопроса: «А что же такое новая техника?» Думаю, у нас этого точно никто не знает.

Вопрос не праздный, хотя на этот счет имеются вполне конкретные указания. В постановлении правительства РФ поставлена задача «создавать и внедрять принципиально новые орудия труда, материалы и технологические процессы, превосходящие по своим технико-экономическим показателям лучшие отечественные и мировые достижения». Подчеркиваем: принципиально новые. Ну, скажем, такие, как непрерывная разливка стали, кислородно-циклонный способ переработки полиметаллических руд и концентратов, газовая вагранка, полностью исключившая из обращения кокс в чугунолитейном производстве, и многие другие изобретения ученых и конструкторов, изменившие даже самый облик металлургической промышленности. И видимо, если строго придерживаться принципа новизны, то не следует к передовой новой технике сегодняшнего дня причислять, скажем, оборудование, которое, приходя на смену действующему, хотя и совершеннее его, но уже морально устарело.

Ученые обнаружили немало пунктов, которые правильнее было бы включать не в план по новой технике, а в сугубо производственные задания тому или иному предприятию. Например, метод непрерывной разливки стали коллективу Новолипецкого металлургического завода давно известен. Он еще много лет назад первым в стране внедрил это новшество.

Нечеткость определения ведет к последствиям, которые дорого обходятся государству. Так, средства, отпускаемые на освоение действительно новой техники, не всегда используются с полным эффектом, а неверная ориентация научно-исследовательских, проектно-конструкторских и производственных коллективов порой уводит их в сторону от магистральных путей научно-технического прогресса.

Расплывчатость смыслового обозначения «новая техника» позволяет иным работникам министерств трактовать его, как это выгодно в зависимости от обстоятельств. Здесь стало правилом одни и те же позиции включать сразу во многие планы — создания и освоения изобретений, разработки и внедрения новой техники, или, как еще называют, внедрения передовой технологии и выпуска новых видов промышленной продукции, а также в обычные производственные планы. Создается видимость кипучей деятельности, а на самом же деле одним выстрелом стараются убить сразу всех зайцев. И представьте себе, порой «убивают», поскольку каждому плану соответствует свой вид экономического стимулирования, свои премии.

Поскольку министерский план по новой технике верстается раньше, чем уточненная производственная программа, на предприятие поступают два директивных документа, предписывающих выполнить одно и то же задание, но... в разных объемах. Так, коллектив Первоуральского динасового завода долгое время не мог понять, какое же задание следует принимать за основу — производственное, предусматривающее выпуск 6200 т высоко-плотного динаса для коксовой батареи 7-й печи «Запсиба», или по новой технике, обязывающее произвести 7890 т той же продукции.

Или такой пример. Сейчас характер деятельности многих институтов определяется произвольно употребляемыми терминами. Попробуйте, например, уловить разницу между институтами «конструкторскими», «проектными», «проектно-конструкторскими», «проектно-конструкторскими и экспериментальными», «по изысканию и проектированию» и т.д. Часто эти различия просто непостижимы.

Нечто похожее происходит и с номенклатурой, которая должна указывать место, занимаемое тем или иным подразделением в системе НИИ. Почему, например, одни структурные единицы числятся «при» институте, другие точно такого же характера — «в» институте, а третьи рассматриваются как его филиалы? Теоретически «в» должно указывать на то, что подразделение органически связано со своим целым (это как бы химическое соединение). Предлог же «при» говорит об известной автономии, по крайней мере по отдельным вопросам (это как бы физическое соединение). Однако проведенное недавно изучение организационно-управленческой структуры 44 НИИ показало, что, за исключением хозрасчетных объединений, в ряде случаев нет логических обоснований, почему структурная единица числится «при», а не «в» институте или наоборот. Совершенно одинаковая управленческая взаимосвязь интерпретируется по-разному, с вытекающими отсюда последствиями в области административного подчинения, оплаты труда руководителей и т.д.

Терминологическая неразбериха неизбежно влечет за собой путаницу в линиях подчинения, административной ответственности, распределения функций и рабочей нагрузки, к неоправданным «перепадам» в оплате труда, не соответствующей диапазону деятельности научного сотрудника.

Положение усложняется и тем, что права и обязанности директоров институтов, их заместителей далеко не везде зафиксированы в форме письменных документов. Распределение прав и обязанностей нередко производится в соответствии с установившимися традициями и практикой, устной договоренностью и личными качествами «волевых» или «не-волевых» начальников. В ряде случаев нежелание, а иногда и неумение уточнить, кто под кем, вуалируется такими обтекаемыми словами, как «курирует», «опекает», «осуществляет общий надзор».

Даже в рамках одного института иногда наблюдается полный разнобой в названиях составляющих его структурных единиц. Директор, естественно, волен решать, сколько и каких именно, скажем, отделов нужно. Но, создавая их, он обязан понимать под отделом то же, что понимается и в других институтах.

Могут возразить: велика ли беда, если отдел нарекли сектором? А действительно ли невелика? Названия предполагают штатную номенклатуру, должностные оклады руководителей, объем их административной ответственности, соподчиненность и распределение управленческих функций, некоторые аспекты бухгалтерского счета и делопроизводства, численность персонала и ряд других моментов, которые находятся вне правовой компетенции директора и решаются в рамках всей системы управления наукой. Короче, тут требуется единая стандартная терминология. Без нее легко скатиться к административному волюнтаризму в руководстве институтами.

Здесь уместна такая аллегория: шахматист волен делать ходы по своему усмотрению, предпринимать любые комбинации при помощи имеющихся в его распоряжении фигур; но шахматная игра становится невозможной, если один партнер будет называть коня ферзем, в другой станет ходить конем, как слоном. То же и в управлении институтами. Именно на такое явление и натолкнулись в ходе недавнего обследования: полное отсутствие общепринятой стандартной терминологии и единого толкования ряда основных организационно-управленческих понятий. Что такое, например, сектор, отдел, отделение, лаборатория, группа, бюро, служба — все трактуют по-разному.

Это касается и высшей школы. Известно, что существенным элементом подготовки специалистов в числе многих других является требование единства и научной обоснованности терминологии как в процессе обучения, так и при выполнении курсовых и дипломных проектов.

К сожалению, нередко не только в разных вузах или на различных кафедрах, но даже на одной кафедре преподаватели на лекциях и семинарах используют различные термины для обозначения одного и того же понятия. Это отрицательно сказывается на учебном процессе. Одним студентам больше нравятся термины: «детерминант, крейцкопф, дизель, верхняя мертвая точка» и т.д., а другим соответственно: «определитель, ползун, ДВСж, наружная мертвая точка» и т.д. Еще хуже, когда устаревшие и неточные выражения оказываются в учебниках. Так, еще не изжит термин «мотор», который до сего времени сохранен даже в названиях крупнейших государственных заводов: Ярославский моторный, Свердловский турбомоторный и др. Сохраняется по традиции название «дизель» применительно к двигателю внутреннего сгорания с воспламенением от сжатия (ДВСж).

Комиссия по терминологии АН РФ, Комитете стандартов, специалисты вузов, а также издательств и редакции до сих пор никаких мер по упорядочению использования терминов не приняли. Еще хуже обстоит дело в новых областях техники, где отсутствие единой терминологии затрудняет порой взаимопонимание специалистов.

Здесь уместно напомнить, что ГОСТ вполне четко и однозначно регламентирует необходимость установления единых терминов, обозначений и единиц изменения в важнейших областях навыки и техники, а также в отраслях народного хозяйства.

Безусловно, что к научно-техническим терминам как к составной части языка необходимо относиться бережно. Факты свидетельствуют о том, что искусственно насаждавшиеся слова не закреплялись в языке, хотя следует отметить, что новые термины легче приживаются, чем обычные неологизмы. Кроме того, внедрение в жизнь научно обоснованных терминов облегчается возможностью повсеместной их пропаганды на лекциях, семинарах, в учебно-методической и научной литературе, в передачах по радио, телевидению, в кино и т.д., если при их подготовке придерживаться строгой терминологической дисциплины. Однако прежде чем насаждать эту дисциплину, необходимо комиссиям по терминологии АН РФ, Комитету стандартов и его институтам, а также ведущим ученым вузов провести большую работу по отбору и стандартизации терминов. Пока не будет стандартов, можно использовать перечни рекомендованных терминов, вводимых в практику преподавания соответствующим решением советов вузов. Они должны стать едиными обязательными для всех членов кафедры и вуза независимо от субъективных точек зрения.

Нередко думают, что среди множества определений того или иного явления некоторые из этих определений неверны, односторонние и что следует поэтому, отбросив все ошибочные точки зрения, найти одну-единственную — верную — и соответствующее ей единственно верное определение. Спора нет, и в жизни, и в науке нет людей, застрахованных от ошибок; и понятно, что ошибочные определения следует после тщательной проверки изгонять из науки. Но означает ли это, что, освободившись от ошибочных определений, мы можем выбрать или создать одно, единственно правильное определение, дающее исчерпывающее, раз и навсегда верное понимание того или иного явления, процесса или события? Конечно, обилие определений, нередко резко отличающихся и даже противоречащих друг другу, создает большие затруднения. Поэтому в повседневной, обыденной жизни, исходя из практической целесообразности, соображений удобства, простоты и т.п., мы останавливаемся на каком-либо одном определении интересующего нас явления, стремимся найти единственное решение задачи, выработать одну общепринятую точку зрения. И пока вещи, с которыми нам приходится иметь дело, относительно просты, задачи относительно бесхитростны, такой подход к делу не только не приносит вреда, но даже оказывается полезным.

Но когда вещи и явления, события и ситуации становятся более сложными, наша привычка оперировать единственно верными определениями и решениями начинает причинять неприятности. Оказывается, что решение или определение, казавшиеся нам в привычных обстоятельствах безукоризненными и приводившие нас к желанной цели, в изменившихся обстоятельствах дают осечку, перестают быть удобным средством познания или практической деятельности. Тогда на смену им приходят новые определения и решения. Иногда они целиком заменяют старые, но часто случается так, что новые определения или решения пригодны в одних обстоятельствах, а старые остаются вполне применимыми в других. Такое положение может встречаться десятки и даже сотни раз. Чем сложнее явление, которое мы изучаем, чем изменчивее ситуация, в которую мы попадаем, тем чаще обнаруживаются в них разные свойства, связи, черты и особенности, требующие разных определений, разных подходов и разных решений. И выбрать из этих определений и решений единственно верное подчас бывает не только трудно, но и невозможно [Ракитов А.И. Анатомия научного знания. М: Политиздат, 1969.]

Представляется совершенно неоспоримым, что методы и принципы системного анализа в их применении к решению конкретных научных проблем лишь тогда станут полностью эффективными, когда будут изложены точным, строгим научным языком.

Известно, что с развитием науки одновременно идет постоянное формирование ее специальных терминов. Поэтому их разработка, выбор и использование в приложении к конкретному объекту или дисциплине требуют особого внимания. Известный лингвист Шухард сказывал, что «терминологическая опасность для науки — все равно, что туман для мореплавания; она более опасна, что обычно в ней вовсе не отдают отчета» [Известия АН СССР. Сер. Радиоэлектроника. 1973. N 1].

А отчет отдавать надо! Наука сегодняшнего дня — явление комплексное. Произвольное использование терминов зачастую становится серьезным препятствием для диалога между специалистами не только отдельных дисциплин, но и даже внутри одной дисциплины. Между тем важность терминологических проблем для развития научных знаний осознана не сегодня. С конца 1964 г.в системе Госстандарта действует Всесоюзный научно-исследовательский институт технической информации, классификации и кодирования. Одно из направлений его работы — государственная стандартизация научной и технической терминологии. К сожалению, если говорить о разработке терминологических стандартов, необходимых для организации управления наукой, тот воз и ныне там [Терещенко В. Сколько отделов институту надо? // Правда. 1976. 25 авг.].

История науки показывает, что формирование ее понятийный аппарат формируется прежде всего путем ассимиляции понятий из других областей знаний. При этом они, как правило, наполняются новым содержанием и приобретают универсальное значение [Косолапов В.В. Информационно-логический анализ научных исследований. Киев: Наукова думка, 1968]. Поэтому создание специфически понятийного аппарата не имеет ничего общего с механическим перенесением одних терминов из других областей: решающее значение имеет экспликация понятий сообразно новому объекту исследования. Такое разъяснение происходит по определенным правилам и зачастую является теоретической проблемой номер один.

На сегодня категориальный аппарат системного анализа еще не исследован. Лишь в последнее время начаты попытки выявить смысл некоторых понятий системного подхода в их специфическом употреблении и то в основном для биологических систем. Между тем эта задача принадлежит к числу первоочередных:

  • во-первых, действительное конституирование системного подхода возможно лишь на основе разработки адекватной категориальной базы;
  • во-вторых, из-за того что системные исследования вынуждены пользоваться понятиями, в подавляющем большинстве почерпнутыми из науки прошлого, а существенно новое употребление этих понятий обычно специально не фиксируется, возникает опасность «размывания» самой системной проблематики; именно отсюда рождаются сомнительные спекуляции и далеко не всегда удачные сращения новых слов со старыми проблемами, особенно заметные в философской литературе, посвященной системному походу [Блауберг И., Садовский В., Юдин Э. Системные исследования и общая теория систем // Системные исследования. М.: Наука, 1969].

Попытаемся дать основные определения, связанные с использованием системного подхода, полученные на основе обобщения научно-технической и философской литературы.

Общее число понятий, специфических для системных исследований, чрезвычайно велико. Поэтому мы ограничимся лишь наиболее важными из них, с нашей точки зрения.

1.3.1 Система

Решение вопроса о специфических признаках системного подхода, в отличие от любого другого типа научного анализа, в значительной степени предопределяется тем, что следует понимать под системой. Легко убедиться в том, что термин «система» используется в столь многочисленных смыслах и значениях, что опасность упустить существенное содержание этого понятия очень велика [Садовский В. Методологические проблемы исследования объектов, представляющих собой системы // Социология и СССР. М.: Мысль, 1966. Т. 1].

Действительно, под системой в литературе понимается «комплекс элементов, находящихся во взаимодействии» (Л. Берталанфи), «нечто такое, что может изменяться с течением времени», «любая совокупность переменных..., свойственных реальной машине» [Росс Эшби У. Конструкция мозга. М.: Мысль, 1962], «множество элементов с отношениями между ними и между их атрибутами» [Холл А., Фейджин Р. В ст.: В. А. Лекторской, В. Н. Садовский О принципах исследования систем // Вопр. философии. I960. N 8], «совокупность элементов, организованных таким образом, что изменение, исключение или введение нового элемента закономерно отражаются на остальных элементах» [Топоров В.Н. Из области теоретической топономастики // Вопр. языкознания. N 6. 1962], «взаимосвязь самых различных элементов», «все, состоящее из связанных друг с другом частей» [Бир Ст. Кибернетика и управление производством. Физматгиз. М., 1963], «отображение входов и состояний объекта в выходах объекта» [Месарович М. Основание общей теории систем // Общая теория систем. М.: Мир, 1966] и т. д. и т.п.

Наверное, самым правильным было бы сказать, что в настоящее время вообще не существует удовлетворительного, достаточно широко принятого понятия системы [Щедровицкий Г. Проблемы методологии системного исследования. М.: Знание, 1964].

В этих условиях любая попытка обобщить все или по крайней мере все основные значения термина «система» с неизбежностью приводят к тому, что под системой начинают понимать все что угодно.

И все-таки необходимость выработки такого понятия очень велика, коли мы взялись за рассмотрение сущности системного подхода. В первом приближении можно придерживаться нормативного понятия системы.

Система (греч. — «составленное из частей», «соединение», от «соединяю, составляю») — объективное единство закономерно связанных друг с другом предметов, явлений, а также знаний о природе и обществе [БСЭ. Т. 39. С.158].

Как и всякое фундаментальное понятие, этот термин лучше всего конкретизируется в процессе рассмотрения его основных свойств. Таких свойств можно выделить четыре.

  1. Система есть прежде всего совокупность элементов. При определенных условиях элементы могут рассматриваться как системы.
  2. Наличие существенных связей между элементами и (или) их свойствами, превосходящих по мощности (силе) связи этих элементов с элементами, не входящими в данную систему. Под существенными связями понимаются такие, которые закономерно, с необходимостью определяют интегративные свойства системы. Указанное свойство отличает систему от простого конгломерата и выделяет ее из окружающей среды в виде целостного объекта.
  3. Наличие определенной организации, что проявляется в снижении термодинамической энтропии (степени неопределенности) системы по сравнению с энтропией системо-формирующих факторов, определяющих возможность создания системы. К этим факторам относят число элементов системы, число существенных связей, которыми может обладать элемент, число квантов пространства и времени.
  4. Существование интегративных свойств, т. е. присущих системе в целом, но не свойственных ни одному из ее элементов в отдельности. Их наличие показывает, что свойства системы хотя и зависят от свойств элементов, но не определяются ими полностью. Вывод: система не сводится к простой совокупности элементов, и, расчленяя систему на отдельные части, нельзя познать все свойства системы в целом.

Таким образом, в самом общем случае понятие «система» характеризуется:

  1. наличием множества элементов;
  2. наличием связей между ними;
  3. целостным характером данного устройства или процесса.

Техническая система — множество элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которое образует определенную целостность, единство [Л.И. Лопатников. Краткий экономико-математический словарь. М.: Наука, 1979]. Это определение не является ни единственным, ни общепризнанным. Есть сотни определений, которые с некоторой условностью можно разделить на три группы.

  1. ТС как комплекс процессов и явлений, а также связей между ними, существующий объективно, независимо от наблюдателя — субъекта управления. Он выделяет элементы изучаемой системы, т.е. определяет, какие из ее характеристик являются существенными; он выделяет систему из окружающей среды, т.е. как минимум определяет входы и выходы (тогда они рассматриваются как черный ящик), а как максимум подвергает анализу ее структуру, выявляет механизм функционирования и исходя из этого воздействует на нее в широком направлении. Здесь ТС — объект исследования и объект управления.
  2. ТС как институт, способ исследования. Наблюдатель конструирует ТС как некоторое абстрактное отображение реальных объектов. В этой трактовке понятие ТС смыкается с понятием модели.
  3. ТС — некий компромисс между двумя первыми. ТС здесь — искусственно создаваемый комплекс элементов (например, коллективов, технических средств, научный теорий), предназначенный для решения сложной социально-экономической задачи. Следовательно, здесь наблюдатель не только выделяет из среды систему, но и создает, синтезирует ее. ТС является реальным объектом и одновременно абстрактным отображением связей действительности. Именно в этом смысле понимает ТС системотехника [Энциклопедический экономический словарь. М.: Наука, 1979. С. 250].

Наиболее характерные черты ТС:

  • наличие определенной целостности, функционального единства (общей цели, назначения и пр.), что приводит к сложному иерархическому строению системы;
  • большие масштабы по типу частей, объему выполняемых функций, абсолютной стоимости  (ИЛ-96 м/т = 75 млн. дол.);
  • сложность (полифункциональность) поведения;
  • высокая степень автоматизации;
  • нерегулярное, статистически распределяемое во времени поступление внешних воздействий;
  • наличие в целом ряде случаев состязательного момента, т.е. такого функционирования ТС, при котором надо учитывать конкуренцию отдельных частей (в американской ракете «Редай», что надо увеличивать: массу боевой части или системы управления и наведения?);
  • наличие связей (положительных, отрицательных, одноплановых, многоплановых);
  • многоаспектность (техническая, экономическая, социальная, психологическая пр.);
  • контринтуитивность (причина и следствие тесно не связаны ни во времени, ни в пространстве);
  • нелинейность (синергетика!!!).

От своих предшественников, орудий труда и технических устройств ТС отличаются так же, как реактивный самолет от телеги. Причем не только количественно — обилием элементов, но и качественно — иным, более высоким уровнем организации, функционирования и управления. Несколько примеров.

Мощная металлургическая система пущена на Ижорском заводе. Ведется строительство комплекса сооружений для защиты Санкт-Петербурга от наводнений. Безопасные полеты современных самолетов обеспечивают соответствующие системы управления воздушным движением, навигации и посадки в Пулково... Сами комплексы объединяют большое число разнородных крупных систем. Создаются, таким образом, качественно новые технические объекты с более высоким уровнем организации систем. Достигается в процессе использования таких комплексов весьма существенный прирост экономического, экологического и социального эффектов. Подобные комплексы являются важнейшим рычагом ускорения НТП. Это требует от специалистов системного подхода к исследованию, разработке и эксплуатации комплексов.

Задолго до появления термина «система» системные объекты существовали в природе (биологические системы, экосистемы, космические системы). Они развивались независимо от нас, от системного подхода, спонтанно (в силу внутренних причин). Многих самоорганизующихся систем мы не знаем и сейчас, помалу открывая их. В основе развития природных систем лежат системообразующие законы структурного и функционального порядка (законы тяготения, механики...).

В технике мы имеем дело с комплексами. Это навязываемое субъектом понятие. Это конгломерат (механическое соединение разнородного, беспорядочная смесь), который мы пытаемся как-то организовать извне, от человека, от субъекта, самоорганизуемые в лучшем случае.

Итак, в природе — самоорганизующиеся системы; в технике — самоорганизуемые комплексы.

В природе импульсы организации имманентны (внутренне присущи) системам, а в технике — идут от человека, требует организации управления. Эти импульсы от человека должны быть соотнесены с природой объекта.

Но как только комплексы мы назвали сложной системой, так сразу же применительно к ним мы должны использовать методы, адекватные их природе, т.е. системные, и выявить законы (или хотя бы связи) их структуры, функционирования и развития.

Когда мы говорим о системе, то прежде всего подчеркиваем целостный характер материального объекта или процесса.

Выдвижение систем в качестве объектов исследования поставило перед наукой и техникой особую познавательную задачу. Эта задача, несомненно, значительно сложнее всех тех, которые стояли до нее. Вызвано это, однако, не тем, что в случае анализа системы инженер-исследователь имеет дело со множеством элементов (подобные ситуации анализируются давно), а тем, что системный анализ направлен на выявление связей, причем не отдельных, а целого комплекса влияющих друг на друга связей при требовании признания целостности технической системы. Вот этой познавательной задачи наука и техника ранее не знали [Садовский В. Методологические проблемы исследования объектов, представляющих собой системы // Социология в СССР. М.: Мысль, 1966. Т. 1].

Сделаем попытку классифицировать системы. Известно, что классификацией называется распределение некоторой совокупности объектов на классы по наиболее существенным признакам. Признак или их совокупность, по которым объекты объединяются в классы, являются основанием классификации. Класс — это совокупность объектов, обладающих некоторыми признаками общности.

Анализ существующих классификаций с учетом логических правил деления всего объема понятий, связанных с системами, позволяет сформулировать следующие требования к построению классификации:

  • в одной и той же классификации необходимо применять одно и то же основание;
  • объем элементов классифицируемой совокупности должен равняться объему элементов всех образованных классов;
  • члены классификации (образованные классы) должны взаимно исключать друг друга, т.е. должны быть непересекающимися;
  • подразделение на классы (для многоступенчатых классификаций) должно быть непрерывным, т.е. при переходах с одного уровня иерархии на другой необходимо следующим классом для исследования брать ближайший по иерархической структуре системы.

В соответствии с этими требованиями классификация систем предусматривает деление их на два вида — абстрактные и материальные (схема 1.4) [Саркисян С.А. и др. Большие технические системы. Анализ и прогноз развития. М.: Наука, 1977].

Материальные системы являются объектами реального времени. Среди всего многообразия материальных систем существуют естественные и искусственные системы.

Естественные системы представляют собой совокупность объектов природы, а искусственные системы — совокупность социально-экономических или технических объектов.

Естественные системы, в свою очередь, подразделяются на астрономические и планетарные, физические и химические.

Искусственные системы могут быть классифицированы по нескольким признакам, главным из которых является роль человека в системе. По этому признаку можно выделить два класса систем; технические и организационно-экономические системы.

В основе функционирования технических систем лежат процессы, совершаемые машинами, а в основе функционирования организационно-экономических систем — процессы, совершаемые человеко-машинными комплексами.

Схема  1.4 — Классификация систем

Абстрактные системы — это умозрительное представление образов или моделей материальных систем, которые подразделяются на описательные (логические) и символические (математические).

Логические системы есть результат дедуктивного или индуктивного представления материальных систем. Их можно рассматривать как системы понятий и определений (совокупность представлений) о структуре, об основных закономерностях состояний и о динамике материальных систем.

Символические системы представляют собой формализацию логических систем, они подразделяются на три класса:

статические математические системы или модели, которые можно рассматривать как описание средствами

математического аппарата состояния материальных систем (уравнения состояния);

динамические математические системы или модели, которые можно рассматривать как математическую формализацию процессов материальных (или абстрактных) систем;

квазистатические (квазидинамические) системы, находящиеся в неустойчивом положении между статикой и динамикой, которые при одних воздействиях ведут себя как статические, а при других воздействиях — как динамические.

Однако в литературе приводятся и другие классификации. Профессор Ю. Черняк дает такое подразделение систем [Черняк Ю.И. Системный анализ в управлении экономикой. М.: Экономика, 1975].

  1. Большие системы (БС) — это системы, не наблюдаемые единовременно с позиции одного наблюдателя либо во времени, либо в пространстве. В таких случаях система рассматривается последовательно по частям (подсистемам), постепенно перемещаясь на более высокую ступень. Каждая из подсистем одного уровня иерархии описывается одним и тем же языком, а при переходе на следующий уровень наблюдатель использует уже мета-язык, представляющий собой расширение языка первого уровня за счет средств описания самого этого языка. Создание этого языка равноценно открытию законов порождения структуры системы и является самым ценным результатом исследования.

  2. Сложные системы (СС) — это системы, которые нельзя скомпоновать из некоторых подсистем. Это равноценно тому, что:

    1. наблюдатель последовательно меняет свою позицию по отношению к объекту и наблюдает его с разных сторон;
    2. разные наблюдатели исследуют объект с разных сторон.

    Пример: выбор материала ветрового стекла автомобиля. Задачу нельзя решить без того, чтобы не рассмотреть этот объект в самых разных аспектах и разных языках: прозрачность и коэффициент преломления — язык оптики; прочность и упругость — язык физики; наличие станков и инструментов для изготовления — язык технологии; стоимость и рентабельность — язык экономики и т.д.

    Каждый из наблюдателей отбирает подмножество прозрачных материалов, удовлетворяющих его требованиям и критериям. В области пересечения подмножеств, отобранных всеми наблюдателями, мета-наблюдатель отбирает единственный материал, работая в метаязыке, объединяющем понятия всех языков низшего уровня и описывающем их свойства и соотношения. Трудность: подмножества, отобранные наблюдателями первого уровня, могут не пересечься. В таком случае мета-наблюдателю надо скомандовать некоторым из них (технологам, физикам и т.д.) снизить свои требования и, соответственно, расширить подмножества потенциальных решений. И здесь: экспертный опрос — важнейший инструмент системного анализа!

    Системы можно соизмерять по степени сложности, используя разные аспекты самого этого понятия:

    1. путем соизмерения числа моделей СС;
    2. путем сопоставления числа языков, используемых в СС;
    3. путем соизмерения числа объединений и дополнений метаязыка.

    Простота находится всегда в результате исследования! (Р. Акофф)

  3. Динамические системы (ДС) — это постоянно изменяющиеся системы. Всякое изменение, происходящее в ДС, называется процессом. Его иногда определяют как преобразование входа в выход системы.

    Если у системы может быть только одно поведение, то ее называют детерминированной системой.

    Вероятностная система — система, поведение которой может быть предсказано с определенной степенью вероятности на основе изучения ее прошлого поведения (протокола).

    Свойство равновесия — способность возвращаться в первоначальное состояние (к первоначальному поведению), компенсируя возмущающие действия среды.

    Самоорганизация ДС — способность восстанавливать свою структуру или поведения для компенсации возмущающих воздействий или изменять их, приспосабливаясь к  условиям окружающей среды.

    Инвариант поведения ДС — то, что остается неизменным в ее поведении в любой отрезок времени.

  4. Кибернетические, или управляющие, системы (УС) — системы, с помощью которых исследуются процессы управления в технических, биологических и социальных системах. Центральным понятием здесь является информация — средство воздействия на поведение системы. УС позволяет предельно упростить трудно понимаемые процесс и управления в целях решения задач исследования проектирования.

    Важным понятием УС является понятие обратной связи (ОС). ОС — информационное воздействие выхода на вход системы.

  5. Целенаправленные системы (ЦС) — системы, обладающие целенаправленностью (т.е. управлением системы и приведением к определенному поведению или состоянию, компенсируя внешние возмущения). Достижение цели в большинстве случаев имеет вероятностный характер.

Английский кибернетик С. Вир подразделяет все системы на три группы — простые, сложные и очень сложные. При этом он считает весьма существенным способ описания системы — детерминированный или теоретико-вероятностный (табл. 1.9).

Наш соотечественник математик Г.Н. Поваров делит все системы в зависимости от числа элементов, входящих и них, на четыре группы:

  • малые системы (10— 103 элементов);
  • сложные системы (103—107 элементов);
  • ультра-сложные системы (107 —1030 элементов);
  • супер-системы (1030— 10200 элементов).

В качестве примеров систем второй группы он приводит автоматическую телефонную станцию, транспортную систему большого города, третьей группы — организмы высших животных и человека, социальные организации, четвертой группы — звездную вселенную.

По способу описания По уровню сложности
Простые Сложные Очень сложные
Детерминированные
  • «Оконная задвижка»
  • Проект механических мастерских
  • ЦЭВМ
  • Автоматизация
Вероятностные
  • «Подбрасывание монеты»
  • «Движение медузы»
  • Систематический контроль качества продукции
  • Хранение запасов
  • Условные рефлексы
  • Прибыль промышленного предприятия
  • Экономика
  • Мозг
  • Фирма

Таблица  1.9 — Классификация систем по С. Виру

Ученые А. И. Берг и Ю. И. Черняк определяют СС как систему, которую можно описать не менее чем на двух различных математических языках, например на языке теории дифференциальных уравнений и на языке алгебры Буля.

Наши философы И. Блауберг, В. Садовский и Ю. Эдин предлагают классификацию системных объектов, опираясь на которую можно выделить обоснованно тот класс систем, который является специфическим для системных исследований и отличает эти последние от других направлений развития научного познания [Блауберг И.В. и др. Системный подход в современной науке // Проблемы методологии системного исследования. М.: Мысль, 1970].

По-видимому, классификация систем вряд ли может рассматриваться как самостоятельная задача, выдвинутая безотносительно к предмету и целям исследования. Поэтому проводимое ниже различение типов систем указанные авторы отнюдь не считают исчерпывающим и единственно возможным; оно используется лишь в качестве аргумента, поясняющего концепцию, развиваемую в данной статье.

Все существующие в действительности совокупности объектов (а всякая система представляет собой такую совокупность, хотя не всякая совокупность есть система) можно разбить на три больших класса: неорганизованные совокупности, неорганичные системы, органичные системы.

Неорганизованная совокупность (примерами ее могут служить куча камней, случайное скопление людей на улице) лишена каких-либо существенных черт внутренней организации. Связи между ее составляющими носят внешний, случайный, несущественный характер. Входя в состав такого объединения или покидая его, составляющие не претерпевают каких-либо изменений, что говорит об отсутствии у подобной совокупности целостных, интегративны свойств. Свойства совокупности в целом по существу совпадают с суммой свойств частей (составляющих), взятых изолированно. Следовательно, такая совокупность лишена системного характера.

Два других класса совокупностей — неорганичные и органичные системы — характеризует наличие связей между элементами и появление в целостной системе новых свойств, не присущих элементам в отдельности. Связь, целостность и обусловленная ими устойчивая структура — таковы отличительные признаки любой системы.

Если же мы пойдем дальше по пути классификации и попытаемся различить органичные и неорганичные системы, то обнаружим, что довольно трудно провести строгое разделение указанных систем по структурному принципу (т.е. по их составу, строению). Дело в том, что в основе различия органичных и неорганичных целостных систем лежат, как нам представляется, особенности присущих им процессов развития; структура же системы является результатом этих процессов и объясняется ими. Органичная система есть саморазвивающееся целое, которое в процессе своего индивидуального развития проходит последовательные этапы усложнения и дифференциации. Этим объясняются следующие специфические особенности органичных систем, отличающие их от систем неорганичных.

  1. Органичная система имеет не только структурные, но и генетические связи.
  2. Органичная система имеет не только связи координации (взаимодействия элементов), но и связи субординации, обусловленные происхождением одних элементов из других, возникновением новых связей и т.п.
  3. Органичная система имеет особые управляющие механизмы, через которые структура целого воздействует на характер функционирования и развития частей (биологические корреляции, центральная нервная система, система норм в обществе, органы управления и т. д.).
  4. В неорганичном целом в силу менее тесной зависимости между системой и ее составляющими основные свойства частей определяются их внутренней структурой, а не структурой целого. Связи внутри целого не вызывают коренных качественных преобразований частей. С этим связана способность частей неорганичного целого к самостоятельному существованию. В органичном же целом основные свойства частей определяются закономерностями, структурой целого. Зависимость между системой и ее компонентами столь тесна, что элементы системы лишены способности к самостоятельному существованию.
  5. Если в неорганичных системах элемент зачастую активней целого (например, ион химически активнее атома), то с усложнением организации активность все в большей мере передается от частей к целому.
  6. Органичное целое образуется не из тех частей, какие функционируют в развитом целом. В ходе развития органичной системы происходит качественное преобразование частей вместе с целым. Первичные компоненты внутри системы претерпевают трансформации, которыми определяется их современная форма.
  7. Устойчивость неорганичных систем обусловлена стабильностью элементов; напротив, необходимым условием устойчивости органичных систем является постоянное обновление их элементов.
  8. Внутри органичного целого существуют своеобразные блоки (подсистемы). Их гибкая приспосабливаемость к выполнению команд управляющей системы основана на том, что элементы подсистем функционируют вероятностным образом и имеют определенное число степеней свободы. Следовательно, жесткая детерминированность связи подсистем между собой и с целым реализуется через отсутствие однозначной детерминации в поведении элементов подсистем.

Сказанным, разумеется, не исчерпываются особенности органичных систем и их отличия от других видов системных объектов. Очевидно, можно было бы продолжить намеченную в общих чертах классификацию и провести определенную типологию органичных систем (в частности, по уровням иерархии внутри них, по типам управления). Но для нас сейчас важно подчеркнуть, что органичные системы — наиболее сложные из всех типов систем, поэтому их исследование наиболее перспективно в методологическом отношении.

Участники «общества по разработке ОТС» А. Холл и И. Фейджин на основании собственного определения системы приводят такую классификацию систем [Лекторский В.А., Садовский В.Н. О принципах исследования систем // Вопр. философии. 1960. N 8]. Если изменение в каждой отдельной части системы вызывает изменение всех других частей и в целой системе, то в этом случае система является целостной. Если изменение каждой части системы не вызывает изменение других частей, то система называется суммативной. Совершенно ясно, что благодаря такому разделению Холл и Фейджин получают возможность охватывать в своей теории значительно больший круг систем, чем Берталанфи.

Несмотря на то что классификация систем Холла и Фейджина более детальна, чем классификация Берталанфи, а их определение системы более широко по сравнению с определением системой Берталанфи, тем не менее эти модификации не вносят принципиальных изменений в существо «общей теории систем». И у Берталанфи, и у Холла—Фейджина речь идет о построении определенного математического аппарата, способного дать описание «поведения» достаточно обширного класса системных предметов.

Обобщенная классификация совокупностей объектов представлена схемой 1.5

1.3.2 Связь

Пожалуй, наибольшая смысловая нагрузка в ССИ приходится на понятие «связь». Более или менее определенно но понятие употребляется во всех работах, посвященных системному подходу. Вместе с тем следует признать, что столь частое употребление понятия связи отнюдь не сделало его ясным, четко очерченным по своему содержанию. Напротив, как это ни странно, имеющиеся в литературе попытки логико-методологического анализа этой проблемы весьма немногочисленны, а возможная обще-логическая классификация связей вообще не была предметом специального рассмотрения.

Класс систем
Неорганизованная совокупность Неорганичная система Органичная система
Куча камней, случайное скопление людей на улице, в автобусе, метро... Отсутствуют существенные черты внутренней организации. Связи носят внешний, случайным характер, целостные свойства отсутствуют. Свойства совокупности совпадают с суммой свойств частей, взятых изолированно. Таким образом, совокупность лишена системного характера. (Вспомните САПР!) Присутствуют связи между элементами, и появляются новые свойства, не присущие элементам в отдельности. Таким образом, связь, целостность и обусловленная ими устойчивая структура являются их признаками
Имеет только структурные связи (связи строения, например, химические). Имеет только связи координации (взаимодействия элементов). Отсутствуют управляющие механизмы. Зависимость между ТС и ее элементами менее жестка, поэтому основные свойства частей определяются их внутренней структурой, а не структурой целого. Связи внутри целого не вызывают коренных качественных преобразовании частей, поэтому части способны к самостоятельному существованию. (Выньте одну квартиру из дома как строительного комплекса — в остальных можно жить, с определенной вероятностью). Элемент зачастую активнее целого (например, ион химически активнее атома); с усложнением организации активность все в большей мере передается от частей к целому, т. е. целое более активно, чем части! Устойчивость обусловлена стабильностью элементов Имеет не только структурные, но  и генетические связи. Имеет не только связи координации, но и связи субординации, обусловленные происхождением одних элементов из других, возникновением новых связен. Имеет особые управляющие механизмы, через которые структура целого воздействует  на характер функционирования в развитии частей (биологическая корреляция, центральная нервная система, система норм в обществе, органы управления и т.д.). Основные свойства частей определяются закономерностями, структурой целого. Части лишены способности к самостоятельному существованию. (Один двигатель не полетит без ЗУР!) Необходимым условием устойчивости является постоянное обновление элементов (блоков); их гибкая приспособленность к выполнению команд управляющей системы основана на том, что элементы подсистем функционируют вероятностным образом и имеют определенное число степеней свободы

Схема 1 — Классификация совокупностей объектов

Краткий анализ литературы, посвященной проблеме связи, показывает, что в настоящее время, по-видимому, отсутствуют реальные предпосылки для построения не только исчисления связей, но и сколько-нибудь расчлененной «качественной» логико-методологической концепции связи как категории научного познания. Вместе с тем очевидно, что вокруг этой категории в значительной мере группируется вся проблематика, специфическая для системного подхода. Можно утверждать, что развитие системных исследований существенно зависит от успехов в логико-методологическом анализе содержания понятия «связь».

В диалектике, как известно, проблема связи является одной из центральных. Учение диалектики о связях охватывает учение о мире как о едином связном целом, о причинности, о единстве и борьбе противоположностей, о взаимоотношении качества и количества, содержания и формы, сущности и явления и т.д., а основным методом исследования является анализ материала конкретных наук в плане разработки обобщающей картины мира.

Предварительно связь предметов можно определить

таким образом: два или более различных предмета связаны, если по наличию или отсутствию некоторых свойств у одних из них мы можем судить о наличии или отсутствии тех или иных свойств у других из них (возникновение и исчезновение предметов можно рассматривать как частный случай). Например, температура и давление данной массы газа связаны так, что с увеличением температуры (при всех прочих постоянных условиях) увеличивается давление. Зная о том, что температура увеличилась, мы можем делать вывод об увеличении давления (если выяснены точные количественные соотношения, то они учтутся и в выводах). Это свойство связей и обусловило особую познавательную ценность их обнаружения. Выявление связей позволяет познавать предметы не непосредственно, а косвенно, через другие предметы, находящиеся с ними в той или иной связи. Не приходится доказывать, насколько это важно для исследования предметов, не поддающихся непосредственному наблюдению, для разработки стандартных методов расчета, избавляющих от необходимости каждый раз ставить эксперимент, и т.п.

Характерным для приведенного определения является  наличие в нем ссылок на логическое следование, на вывод одних знаний из других. Весьма возможно, конечно, что такого рода ссылок можно избежать. Но в рассмотренных нами случаях это достигается обычно за счет тавтологии, т.е. за счет ссылок на зависимость, обусловленность и другие понятия, которые сами выступают как синонимы понятия связи, за счет ссылок на частные формы связей (например, на причинность), за счет употребления выражений, которые сами нуждаются в разъяснениях через понятие связи (например, предметы считаются связанными, если изменение одних ведет к изменению других; здесь слово «ведет» создает лишь иллюзию определения, так как при попытке разъяснения его смысла мы будем вынуждены обратиться к данному выше предварительному определению связи.

Наличие в определении связи ссылки на логическое следование заставляет поставить принципиально важный вопрос о том пути, по которому следует идти в решении стоящей проблемы. Поскольку логическое следование характеризует взаимоотношение знаний о предметах, то вполне естественным представляется следующий путь: базируясь на принципе отражения, можно через определенные структуры знаний определять то, что соответствует этим знаниям, что ими отображается в объективной реальности. Например, можно определить отношения предметов как то, что соответствует высказываниям с многоместными предикатами. Аналогично обстоит дело со связями. Определив высказывания о связях как особый тип высказываний, можно определить сами связи как то, что отображается высказываниями этого рода. Подчеркиваем, что вопрос об определении одних факторов путем противопоставления их другим факторам и вопрос о взаимоотношении этих факторов безотносительно к их определению суть различные вопросы. Впрочем, определяя связь как то, что отображается в форме такого-то рода знаний, мы тем самым указываем на связь как на объективный источник знаний в полном соответствии с принципами теории отражения [Зиновьев А. А. К определению понятия связи // Вопр. философии. 1960. N 8].

Предпринятые в литературе попытки прямо и сразу построить обобщенную концепцию связи обнаружили относительно невысокую эффективность такого способа решения проблемы. Это заставило искать не столь прямых, но, может быть, более обнадеживающих путей анализа понятия связи и его места в современном познании. Одним из таких путей могло бы явиться определение (первоначально чисто эмпирическое) набора основных значений, в которых употребляется понятие связи в научной литературе, т.е.составление сугубо приблизительной эмпирической классификации связей. Приведем вариант подобной классификации [Блауберг И.В., Садовский В.Н., Юдин Э.Г. Системный подход в современной науке // Проблемы методологии системного исследования. М.: Мысль, 1970]:

  1. Связи взаимодействия (координации), среди которых можно различить связи свойства (такие связи фиксируются, например, в формулах физики типа pV = const) и связи объектов (например, гуморальные связи, связи между отдельными нейронами в тех или иных нервно-психических процессах). Особый вид связей взаимодействия составляют связи между отдельными людьми, а также между человеческими коллективами или социальными системами. Специфика этих связей состоит в том, что они опосредуются целями, которые преследует каждая из сторон взаимодействия. В рамках этого типа связей можно различить кооперативные и конфликтные связи. Следует отметить, что связи взаимодействия представляют наиболее широкий класс связей, так или иначе выступающий во всех иных типах связей.
  2. Связи порождения (генетические), когда один объект выступает как основание, вызывающие к жизни другой (например, связь типа «А отец В»).
  3. Связи преобразования, среди которых можно различить: связи преобразования, реализуемые через определенный объект, обеспечивающий это преобразование (такова функция химических катализаторов), и связи преобразования, реализуемые путем непосредственного взаимодействия двух или более объектов, в процессе которого и благодаря которому эти объекты порознь или совместно переходят из одного состояния в другое (таково, например, взаимодействие организмов и среды в процессе видообразования).
  4. Связи строения (их нередко называют структурными). Природа этих связей с достаточной ясностью раскрывается на примере химических связей.
  5. Связи функционирования, обеспечивающие реальную жизнедеятельность объекта или его работу, если речь идет о технической системе. Очевидное многообразие функции в объектах различного рода определяет и многообразие видов связей функционирования. Общим для всех этих видов является то, что объекты, объединяемые связью, совместно осуществляют определенную функцию, причем эта функция может характеризовать либо один из этих объектов (в таком случае другой является функционально-производным от первого, как это имеет место в функциональных системах живого организма), либо более широкое целое, по отношению к которому и имеет смысл функциональная связь данных объектов (таковы связи между нейронами при осуществлении тех или иных функций центральной нервной системы). В самом общем виде связи функционирования можно подразделить на связи состояний (когда следующее по времени состояние является функцией от предыдущего) и связи энергетические, трофические, нейронные и т.п. (когда объекты связаны единством реализуемой функции).
  6. Связи развития, которые можно рассматривать как модификацию функциональных связей состояний, с той, однако, разницей, что развитие существенно отличается от простой смены состояний. В функционировании более или менее строго определенная последовательность состояний, по существу, выражает основную схему содержания всего процесса. Развитие также описывается обычно как смена состояний развивающегося объекта, однако основное содержание процесса составляют при этом достаточно существенные изменения в строении объекта и в формах его жизни. С функциональной точки зрения функционирование есть движение в состоянии одного и того же уровня, связанное лишь с перераспределением элементов, функций и связей в объекте; при этом каждое последующее состояние либо непосредственно определено предыдущим, либо так или иначе «переформировано» всем строением объекта и не выходит за рамки его истории. Развитие же есть не просто самораскрытие объекта, актуализация уже заложенных в нем потенций, а такая смена состояний, в основе которой лежит невозможность сохранения существующих форм функционирования. Здесь объект как бы оказывается вынужденным выйти на иной уровень функционирования, прежде недоступный и невозможный для него, а условием такого выхода является изменение организации объекта. Весьма существенно, что в точках перехода от одного состояния к другому развивающийся объект обычно располагает относительно большим числом «степеней свободы» и ставится в условия необходимости выбора из некоторого количества возможностей, относящихся к изменению конкретных форм его организации. Все это определяет не только множественность путей и направлений развития, но и то важное обстоятельство, что развивающийся объект как бы сам творит свою историю. Проблема различения функционирования и развития является, как известно, одной из наиболее сложных и запутанных в философской в специально-научной литературе. Поэтому проведенное нами различие связей функционирования и связей развития следует понимать как условное.
  7. Связи управления, которые в зависимости от их конкретного вида могут образовывать разновидность либо функциональных связей, либо связей развития. В настоящее время невозможно дать развернутую характеристику связей управления, поскольку само понятие «управление» не имеет достаточно определенного значения. Вместе с тем эти связи принадлежат, по-видимому, к числу самых важных в системном исследовании и поэтому заслуживают особого обсуждения.

Предлагая такую классификацию связей, философы отмечают ее условность, объясняя исключительно сложным характером возможных связей и их спецификой в конкретных системах. Так, военные специалисты предлагают следующие виды связей: существенные и несущественные, частно-, внутри- и межсистемные, соответствующие трем уровням умственной деятельности человека, взаимные и односторонние, противоречивые и непротиворечивые, полезные и вредные, важные, не очень важные и неважные, прямые и обратные, жесткие (в технике) и гибкие (в экономике, живых существах и обществе) и др.

Особое внимание обращаем на следующие три вида связей:

  • Рекурсивная связь — необходимая связь между экономическими явлениями и объектами, при которой ясно, где причина и где следствие. Например, затраты в экономике всегда выступают в качестве причины, а их результаты — в качестве следствия. Между затратами и результатами существует рекурсивная связь. Но есть и некоторые исключения в современном НТП.
  • Синергетическая связь в ОТС определяется как связь, которая при совместных действиях независимых элементов системы обеспечивает увеличение их общего эффекта до значения, большего, чем сумма эффектов этих элементов, действующих независимо. Следовательно, это усиливающая связь элементов системы. Нужно заметить, что «недавно открытый» синергизм еще К. Маркс глубоко анализировал в «Каннибале» как новую силу, «которая возникает из слияния многих сил в одну общую...» [Маркс К., Энгельс Ф. // Соч. Т. 23. С. 337]. Именно из синергетических связей вытекают интегральные (эмерджентные) свойства, т.е. свойства целостной системы, которые не присущи составляющим ее элементам, рассматриваемым вне системы.
  • Циклическая связь — сложная обратная связь, при котором развитие науки двигает производство, а последнее создает основу для расширения научных исследований. В дальнейшем будет показано, как циклическая связь используется в принципиально  новом объекте науки — ПЖЦ НТД.

Сделаем вывод: в окружающем нас мире существует очень большое количество разных связей — многомерных, многогранных, многозначных, многоплановых, которые мы должны учиться познавать.

Приведем примеры связей.

Мозг человека развивается и состоит из 14 млрд. нервных клеток. Каждая из них имеет 5000 связей с другими.

Любой закон природы и общества — это есть внутренняя, устойчивая, существенная связь и взаимная обусловленность явлений. Нет закона вне связи!

В химии существуют два вещества: карболид CO(NH2)2 — первое искусственно полученное органическое вещество; неорганический цианат аммония NH4CNO. При одинаковом составе разницу в их свойствах логично объяснить только различием в способе связи элементов между собой, т.е. различием структуры.

Когда в поликлинике у одной женщины удалили зуб, который лечить уже было нельзя, к ней неожиданно вернулось зрение, потерянное так же неожиданно 20 лет назад. После того как улеглась первая радость, она вспомнила, что именно этот зуб за некоторое время до того, как она ослепла, был запломбирован. Действительно — фантастический случай.

В радиоэлектронной аппаратуре, компонуя различные модули (унифицированные изделия — мультивибраторы, блокинг-генераторы, фантастроны, триггеры и др.), можно получить принципиально новые изделия (за счет связей!).

А можно ли связь выразить количественно?

Количество связей, определяемое числом возможных сочетаний между элементами, может быть найдено по формуле

C = n • (n−1),

где n — количество элементов, входящих в систему.

Если система состоит из 7 элементов, то С = 42. Но связи между элементами не однозначны, а многозначны и многоплановы. Если допустить, что их можно представить хотя бы в двух сочетаниях, то число состояний резко возрастет и достигнет астрономической цифры 242. Если разбирать все указанные состояния, то для принятия решения не хватит никакого времени.

Известный интерес имеет и формул академика А. Ляпунова, устанавливающая зависимость между количеством логических условий, составляющих задачу, и числом вариантов решений. Представляется правомерным элементы (обстановки) рассматривать как логические условия. При таком допущении число возможных вариантов решения будет 27 = 128. Это означает, что при решении задачи с семью логическими условиями (элементами) может быть принято 128 различных решений!

1.3.3 Структура и структурное исследование

Но что же такое структура? Понятие структуры — одно из многозначных понятий. Оно, как и любое другое понятие достаточной степени общности, содержит в себе различные смысловые уровни, соответствующие до некоторой степени этапам его исторического развития в человеческом познании. Проблема состоит в том, чтобы за этой многозначностью усмотреть единое содержание, выявить смысл, объединяющий самые различные и порой противоположные значения этого слова.

Невозможно даже перечислить все значения понятия структуры, в которых оно выступает у разных авторов. Отметим лишь те из этих значений, которые, как нам кажется, характерны для научного объяснения и которые, несмотря на их существенные различия, позволяют выявить в них общее содержание.

Часто структура понимается как рисунок, как некоторая внешняя картина явления или объекта исследования. Ясно, что картина объекта позволяет лишь так или иначе описать его, но сама по себе не дает еще его объяснения. И тем не менее в картине явления или объекта исследования, составленной по определенному принципу, с самого начала может усматриваться некоторая целостность. Структура — это устойчивая картина взаимных отношений элементов целостного объекта [Овчинников Н.Ф. Структура и симметрия // Ежегодник «Системные исследования». 1969].

Исходным элементом в анализе структуры объекта могут быть различные понятия. В частности, в истории философии таким первоначальным понятием было понятие формы, противопоставленной содержанию. Понятие формы исторически предшествует развитому понятию структуры. И тем не менее уже в этом понятии абстрактным образом выражается идея структурного исследования. С современной точки зрения можно сказать, что форма — это структура содержания. Однако такое утверждение может получить определенный смысл только тогда, когда мы знаем, что такое структура, т.е. если структура будет определена независимо от формы.

Наряду с понятием формы анализ понятия структуры объекта может начинаться, например, с понятия системы, которое в познании этой структуры выступает как первоначальное и достаточно общее понятие. Если известна система, то структура предстает как некоторый аспект системы, а именно как единство ее инвариантных свойств. В процессе исследования объект первоначально представляется как некоторая система, а затем выявляется закономерная картина устойчивых отношений элементов в заданной системе. Возможность представления любого объекта в качестве системы опирается, с одной стороны, на факт неисчерпаемого многообразия мира и любого его элемента и, с другой стороны, на свойственную человеческому познанию способность отвлекаться от всей полноты этого многообразия, ограничивать его рамками определенных практических и теоретических задач. Любой объект всегда может быть представлен в качестве системы. Точка в евклидовом пространстве — это система координат x, у, z. Атом — это определенная система элементарных частиц. Живой организм — это система органов, тканей и т.п.

Для того чтобы на первом этапе познания представить объект как систему, необходимо так или иначе расчленить объект, выявить, например, его пространственно ограниченные части или найти другие формы расчленения объекта, а затем констатировать существование отношений этих частей в целостной картине объекта. Представляя объект как систему, мы даем предварительную картину составных частей объекта в их взаимных отношениях. Система часто определяется как некоторая совокупность отношений частей или элементов, и такое определение способствует более определенному формулированию задачи исследования, с тем чтобы в дальнейшем перейти к структурному анализу системы. При этом в зависимости от условий задачи и опираясь на предварительные данные эмпирического знания, можно представить один и тот же объект в качестве самых различных систем. Число способов системного представления объекта не имеет ограничений, как не имеет ограничений само название. Однако, изображая объект как систему, мы лишь получаем возможность подойти к структуре объекта, но еще не знаем действительной картины его структурных отношений. Дальнейший, более глубокий шаг в познании заключается в поисках закономерностей системных отношение целостного объекта.

Первоначально объект предстает как некоторая система свойств, которые характеризуют внешние отношения объекта в его целостных проявлениях. Уже здесь имеет место системное рассмотрение, хотя еще не известна структура объекта, предполагающая прежде всего внутренние отношения элементов. Переход от системы целостных свойств к структуре может быть осуществлен при условии, если найдены элементы и их устойчивые отношения, которые связаны с природой этих свойств, что и позволяет объяснить эти свойства. Этот переход от системы к структуре может быть длительным процессом, в котором элементы системного и структурного анализов переплетены и неотделимы друг от друга. Они могут быть отличимы только на уровне мета-теоретической абстракции. Оставаясь на уровне системного анализа, можно осуществлять поиски элементов системы и их взаимных отношений. Уже здесь открывается возможность поиска внутренних отношений частей объекта в соответствии с теми или иными заданными условиями исследования. Задание этих условий определяется исторически сложившейся системой знания, вытекает из этой системы. Однако,  поскольку речь идет о постановке проблемы, это задание не может определяться однозначным образом. Отсюда возникают множественность системного подхода, возможность рассмотрения объекта в качестве самого различного набора систем.

Важно подчеркнуть, что эта множественность не только открывает путь всестороннему анализу, но и заключает в себе возможность произвольной интерпретации объекта познания. В силу этого в научном познании часто возникает такая ситуация, когда объект как некоторая объективная целостность исчезает из рассмотрения и остается лишь предмет исследования, определяемый целиком условиями данной задачи. И хотя сама постановка задачи детерминируется закономерностями познавательной деятельности, тем не менее, поскольку такого рода закономерности, составляя предмет особой области философского знания, не исследуются в рамках данной специальной области науки, объект в его целостности и объективной данности остается вне сферы специальной области научного знания, если исследователь не переходит от системного рассмотрения к познанию структуры. Ибо структурный подход позволяет сформулировать принципы отбора необходимых отношений среди многообразия системных рассмотренний.

Таким образом, системный подход открывает возможность свободных гипотетических построений. Структурные исследования заключают научное познание в рамки строгих закономерностей. В классическом естествознании этим двум различным типам научного исследования соответствовали метод гипотез и метод принципов. Последний получил разработку и систематическое развитие в аксиоматическом методе. Разумеется, не следует превозносить системный поход за счет структурного, как не следует и преувеличивать значение структурных исследований, пренебрегая системным рассмотрением. Структура немыслима вне системы, равно как и система в своей основе всегда структурна.

Собственно структурный анализ системы начинается с выявления определенного состава системы, с детального исследования частей, или, иначе, элементов, с открытия их неделимости в определенном отношении. Это отношение при дальнейшем анализе рассматриваемой системы предстает как структурное отношение. Понятие элемента, строго говоря, не совпадает с понятием системы. Структурный анализ идет от понятия части к понятию элемента. Выявляя первоначально части системы, исследуя ее состав, мы затем уточняем это знание состава и переходим к поискам элементов системы. Тем самым от системного рассмотрения мы начинаем переходить к структурному. Понятие части системы можно рассматривать как первоначальную ступень в процессе формирования понятия элемента структуры. Может оказаться, что часть и элемент — это один и тот же объект и их различие определяется лишь уровнем исследования. Однако, вообще говоря, в реальном научном познании открытие элементов исследуемой системы уточняет понятие части данной системы таким образом, что эти понятия оказываются совершенно различными по содержанию.

Таким образом, структура как понятие, работающее в научном познании, может рассматриваться, как мы уже отмечали, в качестве неизменной стороны системы. Выявляя структуру объекта, мы прежде всего рассматриваем объект как систему, т.е. усматриваем в нем некоторый комплекс частей. Затем выявляем элементность этих частей, и уже эта элементность частей дает первую структурную характеристику системы. Структурные отношения важны не сами по себе, но только в той связи, в какой они характеризуют устойчивость системы, выявляя тем самым еще один ее структурный инвариант. Наконец целостные свойства системы дают в некотором отношении итог исследования. Правда, рассматриваемые в предварительном плане целостные свойства, предстают как внешняя картина объекта. Однако научный анализ дает возможность понять их как результат структуры объекта. Структура, таким образом, есть устойчивое единство элементов, их отношений и целостности системы.

Выявляя в понятии структуры различные его аспекты, мы осуществляем аналитический способ рассмотрения. Расчленение объекта познания на элементы, их отношения и выявление целостных свойств объекта представляют собой характерную черту научного исследования. Однако аналитическое рассмотрение необходимо дополнять синтетическим. Более того, наиболее ценны и действительно новые результаты достигаются на пути последующего синтеза. Аналитически расчлененное понятие структуры синтезируется на основе идеи сохранения или инвариантности в самом широком значении этого последнего термина. Эта идея служит тем объединяющим принципом, который позволяет синтезировать элементы, их отношения и целостные свойства системы в едином понятии структуры. Подобного рода синтетическое соединение различных аспектов в одном понятии на основе какого-либо единого принципа составляет характерную черту многих научных понятий.

Посредством понятия структуры принципы сохранения становятся весьма общими принципами науки. Эти принципы в силу того, что понятие структуры является весьма общим понятием, находят свое применение не только в  области физики, но и во всех других областях научного исследования. Понятие структуры в качестве инвариантного аспекта системы приобретает категориальный смысл. Можно сказать, что критерием научного подхода в исследовании выступают именно принципы сохранения, Принимающие в той или иной области науки свои специфические формы. Там, где удается найти структуру объекта, выделив те или иные и инварианты, открывается возможность развитой системы законов, обладающих общностью и необходимостью в данной области исследования.

 Можно сказать, что для современного естествознания типичен структурный подход. Современная наука, сохраняя методы причинного анализа, на первый план выдвигает принцип структурного объяснения, который в некотором отношении может быть понят как дальнейшее развитие принципа причинности. Принцип структурности приобретает весьма общее значение и находит свое применение в самых различных областях науки.

Поиски структурных инвариантов, или, иначе, исследование структуры природы, становятся в современной науке не менее вдохновляющей задачей, чем поиски причины явлений. Современное естествознание, прорываясь сквозь причинную сетку явлений, идет дальше к структуре и симметрии природных процессов. Макс Планк говорил, что поиски устойчивого и абсолютного в качестве альтернативы относительного и изменчивого представляются самой прекрасной задачей исследователя. Известны слова А. Эйнштейна о той загадочной гармонии природы, которая находит свое отражение в стремлении ученого к внутреннему совершенству научной теории. Это внутреннее совершенство теоретических построений науки связано с таким фундаментальным понятием всего естествознания, каким является структура.

Заканчивая этот параграф, еще раз хотим обратить внимание на следующую особенность.

Понятия «система» и «структура» отождествлять нельзя. Если под структурой следует понимать сеть взаимосвязанных элементов, качественная природа которых не учитывается, и главное внимание направлено на их связи, то под системой понимается объект в целом со всеми присущими ему внутренними и внешними связями и свойствами. Говоря о системе, мы прежде всего подчеркиваем целостный характер материального объекта, в котором главное внимание направляется на качественную специфику элементов [Методологические проблемы современной науки / Отв. ред. В.С. Молодцов и др. М.: Изд-во МГУ, 1970]. Эта специфика понятий приводит к появлению тождественных понятий системного и структурного исследования, рассмотренных ниже.

Итак, определить систему можно, последовательно перебирая один элемент ее за другим и все их возможные пары для установления отношений между ними. Но это невозможно, если число элементов велико. Чтобы представить ТС в целом, вводят понятие структуры — частичное упорядочение элементов или отношений между ними по единому какому-либо признаку. Структура ТС есть уже не отношения элементов, а отношения их отношений, которое образует ступенчатую, иерархическую конструкцию.

Структура ТС — это дальнейшая абстракция. В зависимости от ее познания классифицируют проблемы систем. Если структура ТС известна, то задача исследователя сводится к определению значения переменных, отображающих элементы и их отношения. Если структура известна лишь частично, то проблема слабо структурирована и требует своего решения  методами системного анализа (см. ниже). Знание структуры системы — это знание закона, по которому порождаются элементы системы и отношения между ними. Структуры есть устойчивое единство элементов, их отношений и целостности системы!

1.3.4 Целое (целостность)

Понятие целостности (целого) так же мало ясно по своему содержанию. Такая неясность существует вопреки тому, что сложный, целостный характер биологических и социальных объектов, психологических явлений, а также продуктов духовного производства известен издавна. В теоретической форме проблема целостности была выдвинута уже античной философией. С тех пор она в той или иной форме затрагивается каждым сколько-нибудь значительным философским направлением. Однако сама по себе констатация целостного характера определенного объекта выступает лишь как общая идея и еще не открывает путей исследования специфики этих объектом. Несмотря на многовековую историю понятия целостности, в настоящее время вряд ли можно говорить о наличии развернутой системы специальных средств, позволяющих содержательно выразить целостность как существенную характеристику определенного класса объектов. И хотя в очень многих системных исследованиях речь так или иначе идет о целостном представлении объекта, фактически понятие целостности относится при этом не столько к самой системе, сколько к способу ее исследования. В этом смысле оно выражает требование особого описания — системы в целом, отличного от описания ее элементов (не-аддитивность системы), а также подчеркивание особой противопоставленности системы ее окружению (среде), противопоставленности, в основе которой лежит внутренняя активность системы.

Рассматривая категорию целостности, мы вплотную подходим к специфике системных исследований.

Специфика системного исследования определяется не усложнением методов анализа (в известном смысле эти методы могут даже подвергаться упрощению), а выдвижением новых принципов подхода к объекту изучения,  новой ориентации всего движения исследователя. В самом общем виде эта ориентация выражается в стремлении построить целостную картину объекта и характеризуется следующими положениями [Блауберг И.В. и др. Системный подход в современной науке // Проблемы методологии системного исследования. М.: Мысль, 1970]:

  1. При исследовании объекта как системы описание элементов не носит самодовлеющего характера, поскольку элемент описывается не как таковой, а с учетом его места в целом.
  2. Один и тот же материал, субстрат, выступает в системном исследовании как обладающий одновременно разными характеристиками, параметрами, функциями и даже разными принципами строения. Одним из появлений этого является иерархичность строения систем, причем тот факт, что все уровни иерархии «выполнены» из одного материала, делает особенно трудной проблему поиска специфических механизмов взаимосвязи различных уровней (плоскостей) системного объекта. Конкретной (хотя, может быть, и не единственной) формой реализации этой взаимосвязи является управление. Именно поэтому проблема управления возникает в любом системном исследовании.
  3. Исследование системы оказывается, как правило, неотделимым от исследования условий ее существования.
  4. Специфической для системного подхода является проблема порождения свойств целого из свойств элементов и, наоборот, порождения свойств элементов из характеристик целого.
  5. Как правило, в системном исследовании оказываются недостаточными чисто причинные (в узком смысле итого слова) объяснения функционирования и развития объекта; в частности, для большого класса систем характерна целесообразность как неотъемлемая часть их поведения, а целесообразное поведение не всегда может быть уложено в рамки причинно-следственной схемы.
  6. Источник преобразований системы или ее функции лежит обычно в самой системе, поскольку это связано с целесообразным характером поведения систем, существеннейшая черта целого ряда системных объектов состоит в том, что они являются не просто системами, а  самоорганизующимися системами. С этим тесно связана и другая особенность, присущая многим системным исследованиям: в этих исследованиях нередко приходится допускать наличие у системы (или ее элементов) некоторого множества индивидуальных характеристик и степеней свободы.

Все эти моменты в той или иной мере стали предметом методологического осознания еще в науке XIX в. С одной стороны, была подвергнута систематической критике ограниченность принципов механистического мировоззрения, исповедовавшихся «классической» наукой. С другой стороны, началась конструктивная работа по созданию  нового методологического инструментария научного познания. Обе эти линии оказались органически соединенными в концепции марксизма, которая благодаря этому сумела предвосхитить многие течения научной мысли, получившие оформление уже в XX в.

Сегодня понятие целого относится не столько к самой системе, сколько к способу ее исследования. В связи с необходимостью подготовки целостных личностей в высшей школе процитируем самого известного профессора Великобритании по бизнесу Э. Фергюссона [Путь к себе. 1993. N 8, 9].

«Мерой успеха жизни любого человека являются не деньги, а обучение и развитие. Материальные ценности, которыми мы обладаем, не говорят о нашем развитии, о том, насколько нам удалось реализовать свой потенциал и чему удалось научиться. Успех заключается в целостности: в признании и оценке того, что у нас есть, с одной стороны, и постоянном продолжении исследования и развития различных сторон своего Я — с другой. Единственное, что имеет значение в человеческой жизни, — это отношения.

Мы должны работать для того, чтобы жить, а не жить для того, чтобы работать. Бизнес или другая деятельность должны служить прежде всего развитию человека, а не зарабатыванию денег. Не важно, какую материальную отдачу человек получает от своей работы, важно, чтобы он максимально самореализовывался в том, чем он занимается...»

Если человек стремится к целостности, к саморазвитию, к постоянному изучению различных сторон своего Я, у него не будет ни времени, ни энергии для того, чтобы «работать тяжело» или перерабатывать. Целостность подразумевает системно эффективное действие, а не долгие часы, проведенные за работой. В умении выбирать одно маленькое действие, которое приведет к максимальным результатам, и заключается один из важнейших секретов успеха в любом виде деятельности!

Жить целостной жизнью — значит быть самим собой во всем. Это значит — полностью соответствовать своему внутреннему Я и не ограничивать свободу его проявления. Большинство людей в своей жизни ориентируются не на свой внутренний, а на внешний мир. Они как бы всю жизнь пытаются приспособиться к тому, что не соответствует их истинной природе, и живут в мире несостоявшихся надежд и иллюзий.

Люди, живущие целостной жизнью, руководствуются ориентиром на внутренний мир, они более серьезно относятся к своим чувствам, чем к работе, для них важна духовность, работа значима для них как возможность развития и источник удовольствия. Такая целостная модель является символом осознанного, а потому и более изобильного существования.

Итак, целостная работа — это то, что развивает нас. Именно на такой работе мы можем учиться и расти. Если работа не является для Вас источником саморазвития, бросьте ее! Жизнь дана для того, чтобы жить».

И в завершении параграфа напомним слова Сенеки: «Деньгами надо управлять, а не служить им!»

1.3.5 Элемент

Понятие элемента обычно представляется интуитивно ясным. Однако надо иметь в виду, что для каждой данной системы это понятие не является абсолютным, однозначно определенным, поскольку исследуемая система может расчленяться существенно различными способами, и говорить об элементе можно лишь применительно к определенному из этих способов: другое расчленение может быть связано с выделением другого образования в качестве исходного элемента. При заданном способе расчленения под элементом понимается такой минимальный компонент системы, совокупность которых складывается прямо или опосредованно в систему. Поскольку элемент выступает как своеобразный предел возможного членения объекта, собственное его строение (или состав) обычно не принимается и во внимание в характеристике системы: составляющие элементы уже не рассматриваются как компоненты данной системы. Можно утверждать, что в общем случае элемент не может быть описан вне его функциональных характеристик: с точки зрения системы важно в первую очередь не то, каков субстрат элемента, а то, что делается, Чему служит элемент в рамках целого. В системе, представляющей органичное целое, элемент и определяется прежде всего по его функции как минимальная единица, способная к относительно самостоятельному осуществлению определенной функции. С такой функциональной характеристикой связано представление об активности, са­модействии элемента в системе, причем эта активность обычно рассматривается как одна из решающих его характеристик.

1.3.6 Системный подход (СП)

Каждый исследователь вкладывает в «системный подход» свое содержание. Единственное, в чем сходятся все — это признание сложности в качестве существенной характеристики системных объектов, но сама сложность раскрывается опять-таки по-разному. В результате системный подход толкуется столь широко и неопределенно, что его специфика в смысл процесса, как правило, четко не выявляется.

Рассмотрим некоторые трактовки:

  • СП — это интеграция, синтез рассмотрение различных сторон явления, объекта (А. Холл).
  • СП — адекватное средство исследования и разработки не любых объектов, произвольно называемых системами, а лишь таких, которые представляют собой  органичные  целые (С. Оптнер).
  • СП — выражение процедур представления объектов как систем и способов их разработки (В. Садовский).
  • СП — это широкие возможности для получения самых разнообразных оценок и суждений и предполагает поиски самых разнообразных вариантов выполнения той или иной работы с дальнейшим выбором оптимального (Д. Бурчфилд).
  • СП прямо противоположен расчленению сложной задачи на части. Напротив, сознательно расширяется и усложняется задача, пока все существенные взаимосвязи не вводятся в рассмотрение (Ю. Черняк).

Иными словами, СП сводится к охвату всей сферы познания, находящейся в ведении профессионала, а не к сосредоточению внимания на некотором частном участке, входящем в эту сферу. Поэтому в нем нет ничего таинственного, сложного или совсем нового. СП — это методологическое направление в науке, поэтому более детально это понятие может быть раскрыто через исследование методологии науки (см. ниже) или термина «подход».

Известно, что подход к решению проблем управления — это способ обоснования методологии решения, первый шаг к решению проблемы (Управление социалистическим производством: организация, экономика: Словарь / Под ред. О.В. Козловой. М: Экономика, 1983). Классифицируя подходы по разным признакам, их можно разделить на народнохозяйственный и межотраслевой, системный, комплексный и аспектный, ведомственный, межведомственный, функциональный и территориальный, глобальный и локальный, практический и теоретический и т.д. Следует учитывать и общие требования к подходам решения проблем управления в переходный период, обусловленные действием его законов. Среди них наиболее важными являются требования системности, диалектичности, историчности, конструктивности, учет которых осуществляется в научном подходе. Здесь наряду с системным подходом определенный интерес представляет программно-целевой метод — разработка и выполнение перспективных задач, направленных на достижение определенной цели независимо от ведомственных рамок (Управление народным хозяйством: Словарь / Под ред. Р.А. Белоусова; Сост. Н.И. Иванова. М.: Политиздат, 1983). Он состоит в последовательной реализации комплекса технических, организационных и экономических мероприятий — от установления конкретных целей (например, повышения качества продукции и услуг) и до обоснования и выполнения в плановые сроки намеченных мероприятий. Программно-целевой подход позволяет объединить усилия разных участников общественного производства, направить их усилия на достижение конкретных целей, увязать с соответствующими ресурсами, учесть важнейшие взаимосвязи, которые при обычных подходах нередко теряются или учитываются не полностью.

Программа — это комплекс мероприятий, намеченный к планомерному осуществлению, направленный на достижение единой цели, приуроченный к определенным срокам и обеспеченный необходимыми ресурсами (Словарь / Под ред. О.В. Козловой). Наибольший эффект достигается при реализации крупномасштабных комплексных народнохозяйственных программ, направленных на приоритетное решение широкого круга взаимосвязанных важнейших проблем, определяющих развитие общественного производства. Объединить усилия разных отраслей и регионов призваны специальные целевые комплексные программы (продовольственные, энергетические и др.).

Сжатое изложение сущности подхода представлено в табл. 1.10.

Основные характеристики подходов Раскрытие характеристики
Определение Способ обоснования методологии решения, 1-й шаг к решению проблемы [Управление социалистическим производством: организация, экономика. Словарь / Под ред. О.В. Козловой. М.: Экономика, 1983/336 с.].
Классификация подходов Народнохозяйственный и межотраслевой; системный, комплексный и аспектный; ведомственный, межведомственный, функциональный, территориальный; глобальный и локальный; практический и теоретический; и т.д.
Общие требования к подходам, обусловленные законами производства Беспартийность, системность, диалектичность, историчность, конструктивность
Программно-целевой метод (подход) Разработки и выполнение перспективных задач, направленных на достижение определенной цели независимо от ведомственных рамок [Управление народным хозяйством. Словарь / Под ред. Р.А. Белоусова; Сост. Н.И. Иванова. М.: Политиздат, 1983,207 с.]
Содержание ПЦМ Последовательная реализация комплекса технических, организационных и экономических мероприятий — от установления конкретных целей до обоснования и выполнения в плановые сроки намеченных мероприятий. ПЦМ позволяет объединить усилия разных участников общественного производства, увязать их с соответствующими ресурсами, учесть важнейшие взаимосвязи, которые при обычном подходе нередко теряются или учитываются не полностью
Программа Комплекс мероприятий, намеченный к планомерному осуществлению, направленный на достижение единой цели, приуроченной к определенным срокам и обеспеченный необходимыми ресурсами [Управление социалистическим производством: организация, экономика. Словарь / Под ред. О.В. Козловой. М.: Экономика, 1983.336 с.]
Цели Изложение основных задач, методологических предпосылок и гипотез исследования с указанием правил процедур и логической последовательности операций по проверке гипотез [Ядов В.А. Методология и процедуры социологических исследований. Тарту: Изд-во Тарт. ун-та, 1968]
Состав идеальной программы
  1. Методологический раздел (методологические предпосылки): определение объекта и предмета исследования на основе формулировки проблемы; изложение задач исследования; интерпретация основных гипотез; предварительный анализ ПИ в целом; выдвижение гипотез.
  2. Процедурный раздел (общая стратегия поиска): определение стратегического плана исследования; разработка методов и техники сбора первичных данных; набросок основных процедур анализа данных согласно гипотезе
Рабочий план Упорядочение основных этапов работы в соответствии с программой и с указанием календарных сроков, материальных и людских затрат, необходимых для достижения конечной цели исследования
Основные этапы рабочего плана Проба методов и техники (приемов) сбора информации; массовый сбор данных; подготовка первичной информации для обработки; обработка данных; анализ данных; изложение результатов; принятие решений

Таблица  1.10 — Подходы к решению проблем управления

Как уже было отмечено, в теории и научной практике наряду с понятием «системный подход» широко используется и другое — «комплексный подход». Часто встречается словосочетание «комплексный, системный подход». Понятия «системность» и «комплексность» употребляются как синонимы, хотя между ними есть различия. Например, отмечается, что понятие «системность» характеризует целенаправленность, упорядоченность, организованность, тогда как понятие «комплексность» отражает взаимосвязанность, взаимообусловленность, разносторонность, широту исследовательского охвата проблемы [Райзберг Б.А, Голубков Е.П., Пекарский Л.С. Системный подход в перспективном планировании. М.: Экономика, 1975. С. 271]. Развивая этот тезис, авторы утверждают, что понятие «системность» объемнее «комплексности». Если как свойство системность в одинаковой мере обхватывает связи внутри одного уровня (горизонтальные) и между разными уровнями (вертикальные), то комплексность, понимаемая как требование учитывать взаимосвязанные факторы, влияющие на проблему (систему), охватывает преимущественно связи одного или смежных уровней иерархической структуры данной системы.

Итак, существует два мнения по этому вопросу. Попытаемся разобраться в нем [Спицнадель В.Н. Комплексный и системный подходы: соотношения и взаимосвязь // Комплексный подход к научному поиску: проблемы и перспективы: Тез. докл. Всесоюз. симп. Свердловск: Урал. науч. центр АН СССР, 1979. С. 103—106], взяв за основу нормативную документацию и логические рассуждения.

Во-первых, можно утверждать, что комплексный подход является частным случаем системного, так как при его использовании могут учитываться всего лишь несколько факторов или свойств из множества возможных. В подтверждение этого, используя аналогию, сошлемся на формулу для коэффициента готовности, который является комплексным (ГОСТ 27002—83), так как учитывает два свойства изделия — безотказность и ремонтопригодность. Но современные ТС должны удовлетворять по меньшей мере сотне различных, нередко противоречивых, требований — простоте конструкции, дешевизне ее изготовления производстве, эстетичности, эргономичною, надежности, удобству в изготовлении и эксплуатации и т.д. Игнорирование хотя бы одного требования, возможно, упрощает и ускоряет решение, но затем может привести (и уже приводит!) к таким просчетам, которые будет уже нелегко исправить в будущем.

Следовательно, при оценке ТС мы обязаны ориентироваться на методы принятия решений, основанные на всестороннем анализе и синтезе систем. Это означает, что нельзя останавливаться на анализе отдельных свойств систем. Необходим научный синтез вещественно-энергетических свойств, особенностей структуры и функционирования ТС. Такова объективная основа полной (системной) оценки ТС, включающей техническую, экономическую, экологическую, социальную компоненты оценки. Одновременно — и реализация применительно к задаче исследования диалектического метода: «Чтобы действительно знать предмет, надо охватить, изучить все его стороны, все связи и «опосредствования» [Ленин В.И. Еще раз о профсоюзах, о текущем моменте и об ошибках т. т. Троцкого и Бухарина // Полн. собр. соч. Т. 42. С. 264—304].

Во-вторых, наука должна изучаться с разных сторон многими дисциплинами с различными экономическими, социальными, экологическими и другими факторами. Но задача состоит не в том, чтобы остановиться на этих факторах в познании развития науки как цельного явления и как части общественно-исторического процесса. Для этого  необходимо учесть и степень влияния каждого фактора и конкретных условиях, и взаимосвязь их как друг с другом, так и с собственным развитием и применения научного знания. Но чтобы так исследовать науку, надо поднять на новый, более высокий уровень взаимодействия между дисциплинами, ее изучающими, утвердить ту органическую комплексность, о которой мы говорили выше. Речь идет уже о системном подходе.

Соотношение системного (СП) и комплексного подходов (КП) можно анализировать по разным основаниям — но происхождению, уровню развития, нацеленности изучения тех или иных объектов, месту и роли в науке, что является сложной и самостоятельной задачей. Поэтому мы ограничимся сравнительным обсуждением в самом общем виде, но важным для исследования проблем оценки.

Развитие КП происходит в рамках знаний многих наук, выступающих обособленно. Представители каждой из них видят свою науку базовой. Причем развитие осуществляется на уровне уже существующих знаний каждой дисциплины с последующим суммированием. Развитие же СП исходит в рамках одной науки — системологии (теоретической дисциплины, рассматриваемой методологические проблемы и знаковые модели сложных систем). Она носит общетеоретический характер и отражает интеграционные процессы между элементами разных наук, пронизывающих системную логику как единое целое. Причем развитие осуществляется на уровне новых (синтезирующих) знаний, носящих системообразующий характер (установление различных связей, принципов, законов, закономерностей).

Так как КП включает ряд методов эмпирического порядка, не имеющих своих принципов, то он отражает организационно-методический подход в исследовании, проектировании, производстве... Подход системный чисто методологический, всесторонний, характеризует более высокий теоретический уровень, частью которого является КП. Поэтому СП более полный, правильный, ближе к природе ТС, объективный, в отличие от КП как субъективного, приближенного. Характерным подтверждением этого положения является комплексная система управления качеством  продукции. В их основе лежит комплекс стандартов противоречивых, неупорядоченных, непоследовательных.

Сделав научную (косвенную) экспертизу ранних комплексных оценочных исследований, легко убедиться в том, что их основными атрибутами являются понятия базового варианта, нормативов, экспертизы, суммирования, отношения. А где же научные принципы комплексного подхода? Когда нет системы, говорят о КП — объединении опытных данных. Но как оно происходит — неизвестно. В лучшем случае — через сумму. И не случайно в государственных и отраслевых стандартах критерий качества, технологичность конструкции и пр. представлены только как аддитивные критерии.

СП — это то, на чем создается объект, это почва, где вырастает объект (собственно разработка). Объект всегда многогранен, всесторонен, требует всестороннего подхода. Нужны специалисты разных профилей. Они вырабатывают стратегию, т. е. КП — предтечу СП. Так как всесторонность тоже входит в СП, то их надо различать. В КП она входит как частное требование, в СП — как  методологический принцип. Если КП вырабатывает стратегию и тактику, то СП — методологию и методы. Происходит взаимное обогащение КП и СП. СП не приносит хаоса, волюнтаризма, административности. Для него характерна строгость, которой нет у КП. СП имеет дело с объектами как системами, состоящими из закономерно структурированных функционально организованных элементов. Если СП применяется только для системных объектов, то КП — не обязательно для таковых. Объект может быть целостным, но не системным, ибо не обладает структурой.

Сходства и различия комплексного и системного подходов представлены в табл. 1.11.

Характеристика подхода Комплексный подход Системный подход
Фондирование На фоне междисциплинарного движения как своеобразие их проявления
Целевая установка На синтезирующее отображение объективной реальности
Механизм реализации установки Стремление к синтезу на базе различных дисциплин (с последующим, как правило, суммированием полученных результатов) Стремление к синтезу в рамках одной научной дисциплины на уровне новых знаний, носящих системообразующий характер (установление связей, принципов, законов)
Объект исследования Любые явления, процессы, состояния, суммативные системы Только системные объекты, т. е. целостные системы, состоящие из закономерно структурированных и функционально законченных элементов
Метод Междисциплинарный — учитывает два или более показателей, влияющих на эффективность Системный — в пространстве и времени учитывает все показатели, влияющие на эффективность
Понятийный аппарат Базовый вариант, нормативы, экспертиза, суммирование, отношения для выражения критерия Тенденции развития, аналитические зависимые, отличные от отношений, проверка критерия, выбор оптимальной формы
Принципы Отсутствуют Основополагающие: системный, иерархии, интеграции, формализации
Теория и практика Теория отсутствует, а практика неэффективна Системология — теория систем. системотехника — практика, СА — методология
Общая характеристика Организационно-методический (внешний) приближенный, разносторонний, взаимосвязанный, взаимообусловленный, предтеча СП Методологический (внутренний), ближе к природе объекта, целенаправленность, упорядоченность, организованность, как развитие КП на пути к теории и методологии ОИ
Характерные особенности Широта охвата проблемы при детерминированности требований Широта охвата проблемы, но в условиях риска и неопределенности
Развитие В рамках существующих знаний многих наук, выступающих обособленно В рамках одной науки (системологии)  на уровне новых знаний, носящих системообразующий характер (становление связей, принципов, законов)
Результат Экономический эффект Системный эффект (авторские материалы)
Подготовка кадров Есть Нет (имелись три «специальности» из 900)
Примеры реализации КСУКП, технико-экономическое обоснование, комплексная оценка мероприятий НТП, закон прибыли как цель современной технологии и пр. План ГОЭЛРО, космические системы акад. С. П. Королева, системная оценка по ПЖЦ, закон всесторонней пользы, правильное соблюдение принципов экологии и безопасности для здоровья условий труда, новое понимание богатства общества как цели современной технологии, МС ИСО серии 9000 и пр.
Стандартность решения Есть Нет

Таблица  1.11 — Комплексный и системный подходы: сходства и различия

Разграничение понятий системности и комплексности методологически правомерно, ибо экономическая эффективность, соответствующая комплексному подходу, учитывает лишь факторы, поддающиеся сегодня стоимостной оценке. Но прибыль как критерий вряд ли годится для оценки жизненных потребностей человека. Нужно новое понимание богатства общества, выраженное не только в денежной форме . И это находит свое отражение в понятии системной эффективности, генерированном системным подходом.

1.3.7 Системный анализ

Посмотрим, какой смысл в системный анализ вкладывают его авторы, как они объясняют это понятие [США: современные методы управления / Отв. ред. Б.3. Мильнер.  М.: Наука, 1971].

Понятие «системный» используется потому, что исследование такого рода в своей основе строится на использовании категории системы.

С одной стороны, системой называется та физическая реальность, по отношению к которой необходимо принять решения (любые естественные и искусственные объекты).

С другой стороны, в процессе системного анализа создается  абстрактная и концептуальная система, описываемая с помощью символов или других средств, которая представляет собой определенное структурно-логическое устройство, цель которого — служить инструментом для понимания, описания и возможно более полной оптимизации поведения связей и отношений элементов реальной физической системы. Такого рода абстрактной системой может быть математическая, машинная или словесная модель или система моделей и т.д. В физической и соответствующей ей абстрактной системах должно быть установлено взаимооднозначное соотношение между элементами и их связями. В этом случае оказывается возможным, не прибегая к экспериментам на реальных физических системах, оценить различного рода рабочие гипотезы относительно  целесообразности тех или иных действий, пользуясь соответствующей абстрактной системой, и выработать наиболее предпочтительное решение.

Термин «анализ» используется для характеристики самой процедуры проведения исследования, которая состоит в том, чтобы разбить проблему в целом на ее составляющие части, более доступные для решения, использовать наиболее подходящие специальные методы для решения отдельных подпроблем и, наконец, объединить частные решения так, чтобы было построено общее решение проблемы. Очевидно, что наиболее эффективно анализ может быть произведен лишь на основе системного подхода, который предусматривает не только органическое сочетание аналитического расчленения проблем на части и исследования связей и отношений между этими частями, но также делает особое ударение на рассмотрение целей и задач, общих для всех частей, и в соответствии с этим осуществляется синтез общего решения из частных решений. По сути дела, в системном анализе методы анализа и синтеза взаимно переплетаются, при осуществлении аналитической процедуры постоянно обращается внимание на способы объединения отдельных результатов в единое целое и влияние каждого из элементов на другие элементы системы.

Сегодня «системный анализ» в целом толкуется столь широко и неопределенно, что практически не может быть реализован в конкретных исследованиях. И видимо, не случайно, что сегодня еще нет возможности подобрать сквозной пример достаточно крупного завершенного системного исследования. Попытаемся разобраться в этом понятии.

Касаясь различных точек зрения на термин «системный анализ», специалисты выделяют два различных подхода.

Сторонники первого из них делают ударение на математику, т.е. на описание сложной системы с помощью формальных средств (блочных диаграмм, сетей, математических уравнений). На основе такого рода формального описания часто ставится математическая задача на отыскание оптимального проекта системы или наилучшего режима ее функционирования, т. е. нахождения максимума (или минимума) целевой функции системы (например, максимума прибыли, максимума числа выведенных из строя военных объектов, минимума времени выполнения операций, максимума надежности и т.п.) при заданных ограничениях на значения управляемых переменных.

Следует особо подчеркнуть, что составление блок-схем, характеризующих взаимосвязь и последовательность выполняемых операций, — это стадия, предшествующая любым расчетам на ЭВМ. Поэтому во многих случаях системным анализом стали называть любую работу такого рода, выполняемую специалистами, непосредственно занятыми  обслуживанием ЭВМ.

Другой подход, который соответствует точке зрения «РЭНД-корпорейшн», во главу угла ставит логику системного анализа. В этом случае подчеркивается неразрывная связь системного анализа с принятием решения, и означающим выбор определенного образа или курса действий среди нескольких возможных альтернатив. Здесь системный анализ рассматривается прежде всего как методология уяснения и упорядочения или так называемой структуризации проблемы, которую предстоит решить с применением или без применения математики и ЭВМ. При этом в понятие «структуризации» вкладывается как пояснение реальных целей самой системы, альтернативных путей достижения этих целей и взаимосвязей между компонентами в процессе реализации каждой альтернативы, так и достижение углубленного понимания внешних условий, в которых возникла проблема, а отсюда ограничений и последствий того или иного курса действий. Логический системный анализ в той или иной степени дополняется математическими, статистическими и логическими методами, однако как сфера его применения, так и методология значительно отличаются от предмета и методологии формально-математических системных исследований.

Сначала системный анализ базировался главным образом на применении сложных математических приемов. Спустя некоторое время ученые пришли к выводу, что математика неэффективна при анализе широких проблем со множеством неопределенностей, которые характерны для исследования и разработки техники как единого целого. Об этом говорят многие ведущие специалисты-системщики. Поэтому стала вырабатываться концепция такого системного анализа, в котором делается упор преимущественно на разработку новых по своему существу диалектических принципов научного мышления, логического анализа сложных объектов с учетом их взаимосвязей и  противоречивых тенденций. При таком подходе на первый план выдвигаются уже не математические методы, а сама логика системного анализа, упорядочение процедуры принятия решений. И видимо, не случайно, что в последнее время под системным походом зачастую понимается некоторая совокупность системных принципов.

Такому подходу, которого прежде всего будем придерживаться и мы, соответствует следующее наше определение.

Системный анализ — это взаимосвязанное логико-математическое и комплексное рассмотрение всех вопросов, относящихся не только к замыслу, разработке, производству, эксплуатации и последующей ликвидации современных ТС, но и к методам руководства всеми этими этапами с учетом социальных, политических, стратегических, психологических, правовых, географических, демографических, военных и других аспектов.

Подчеркнем, что сущность системного анализа заключается не в математических методах и процедурах: его рекомендации далеко не обязательно вытекают из вычислений. Самым существенным является то, что систематически на всех этапах жизненного цикла любой ТС осуществляется сопоставление альтернатив, по возможности в количественной форме, на основе логической последовательности шагов, которые могут быть воспроизведены и проверены другими. Системный анализ позволяет неизмеримо глубже и лучше осмыслить сущность ТС, их структуру, организацию, задачи, закономерности развития, оптимальные пути и методы управления. Системный анализ обостряет интуицию руководителя и этим расширяет основу для его суждений, помогая таким образом выработать лучшее решение.

Чем же отличается системный анализ от других методов?

Основные отличия его от других более или менее формализованных подходов при обосновании управленческих решений сводятся к следующему:

  • рассматриваются все теоретические возможные альтернативные методы и средства достижения целей по жизненному циклу ТС (исследовательские, конструктивные, технологические, эксплуатационные и пр.), правильная комбинация и сочетание этих различных методов и средств;
  • альтернативы ТС оцениваются обязательно с позиции длительной перспективы (особенно для систем, имеющих стратегическое назначение);
  • отсутствуют стандартные решения;
  • четко излагаются различные взгляды при решении одной и той же проблемы;
  • применяются к проблемам, для которых не полностью определены требования стоимости или времени;
  • признается принципиальное значение организационных и субъективных факторов в процессе принятии решений, и в соответствии с этим разрабатываются процедуры широкого использования качественных суждений в анализе и согласовании различных точек зрения;
  • особое внимание уделяется факторам риска и неопределенности, их учету и оценке при выборе наиболее оптимальных решений среди возможных вариантов.

Повышенное внимание системотехников к факторам риска и неопределенности непосредственно вытекает из распространения системного анализа на перспективные проблемы. Если риск понимается как потенциальная изменчивость объективных характеристик анализируемых ТС , то неопределенность выражает отсутствие субъективных знаний о том, в какой форме проявятся эти явления.

Тенденция к системному анализу крупных проблем появляется только тогда, когда их масштаб возрастает до такой степени, что решения становятся сложными, трудоемкими и дорогостоящими. При обосновании таких решений, которые становятся предметом системного анализа, все большее значение приобретают факторы, рассчитанные вперед на 10—15-летний период. К факторам такого рода относятся прежде всего огромный рост капиталовложений на осуществление крупных программ, охватывающих длительный период, и все большая зависимость этих программ от результатов научных исследований и технических разработок.

Другой важной причиной необходимости учета длительной перспективы является стратегический характер самих целей, которые ставятся перед системным анализом и которые предопределяют политику правительства (или организации) на длительный период.

Важно отметить, что чем более общие и важные проблемы возникают перед руководителями различных уровней, тем больше возрастает значение системного анализа для их решения.

Где можно и нужно применять системный анализ?

Его применение определяется типом проблем, которые мы и рассмотрим.

Все проблемы в зависимости от глубины их познания подразделяются на три класса:

  1. хорошо структурированные или количественно сформулированные проблемы, в которых существенные зависимости выяснены настолько хорошо, что они могут быть выражены в числах и символах, получающих в конце концов численные оценки;
  2. неструктурированные или качественно выраженные проблемы, содержащие лишь описание важнейших ресурсов, признаков и характеристик, количественные зависимости между которыми совершенно неизвестны;
  3. слабо структурированные или смешанные проблемы, которые содержат как качественные, так и количественные элементы, причем качественные малоизвестные и неопределенные стороны проблемы имеют тенденцию доминировать.

Для решения хорошо структурированных проблем используется методология исследования операций (ИО). Она состоит в применении математических моделей и методов {линейного, нелинейного, динамического программирования, теории массового обслуживания, теории игр и т.д.) для отыскания оптимальной стратегии управления целенаправленными действиями. Основная проблема применения методов исследования операций состоит в том, чтобы правильно подобрать типовую или разработать новую математическую модель, собрать необходимые исходные данные и убедиться путем анализа исходных предпосылок и результатов математического расчета, что эта модель отражает существо решаемой задачи.

В неструктурированных проблемах традиционным является эвристический метод, который состоит в том, что опытный специалист собирает максимум различных сведений о решаемой проблеме, вживается в нее и на основе интуиции и суждений вносит предложения о целесообразных мероприятиях.

При таком подходе отсутствует какая-либо упорядоченная логическая процедура отыскания решения, и специалист, выдвигающий определенные предложения, не может сколько-нибудь четко изложить способ, на основе которого он от совокупности разрозненных исходных сведений пришел к окончательным рекомендациям. При решении проблемы такой специалист полагается на имеющийся собственный опыт, на опыт своих коллег, на профессиональную подготовленность, на изучение аналогичных проблем методом ситуаций, но не на четко сформулированную методику.

К слабо структурированным проблемам, для решения которых предназначен системный анализ, относится большинство наиболее важных экономических, технических, политических и военно-стратегических задач крупного масштаба.

Типичными проблемами такого рода являются те, которые:

  1. намечены для решения в будущем;
  2. сталкиваются с широким набором альтернатив;
  3. зависят от текущей неполноты технологических достижений;
  4. требуют больших вложений капитала и содержат элементы риска;
  5. внутренне сложны вследствие комбинирования ресурсов, необходимых для их решения;
  6. для которых не полностью определены требования стоимости или времени.

При осуществлении системного анализа в процесс структуризации проблемы некоторые ее элементы-подзадачи получают количественное выражение, и отношения между всеми элементами становятся все более определенными. Исходя из этого, в отличие от применения методов ИО, при использовании системного анализа совсем не обязательна первоначальная четкая и исчерпывающая постановка проблемы, эта четкость должна достигаться в процессе самого анализа и рассматривается как одна из его главных целей. Задачи методов ИО могут быть поставлены в количественной форме и решены на ЭВМ. В противовес этому стратегические проблемы, состоящие в выработке долгосрочной политики, в области производства, как правило, не могут быть сформулированы как  задачи ИО, Проблемы такого рода являются предметом системного анализа. Стратегические задачи не являются легко квалифицируемыми (т.е. выражаемыми количественно) по причине отсутствия однозначного критерия оптимальности для фирмы в целом и требуют при выработке решений привлечения субъективных суждений опытных руководителей и экспертов.

Подведем некоторые итоги по сути системного анализа.

  1. Системный анализ связан с принятием оптимального решения из многих возможных альтернатив.
  2. Каждая альтернатива оценивается с позиции длительной перспективы.
  3. СА рассматривается как методология углубленного уяснения (понимания) и упорядочения (структуризации) проблемы.
  4. В СА упор направлен на разработку новых принципов научного мышления, учитывающих взаимосвязь целого и противоречивые тенденции. Более конкретно — систематически на всех этапах жизненного цикла любой ТС осуществляется сопоставление альтернатив, по возможности в количественной форме, на основе логической последовательности шагов.
  5. Обостряется интуиция специалистов.
  6. Применяется в первую очередь для решения стратегических проблем.

Итак, СА — это совокупность методов и средств выработки, принятия и обоснования решений (при исследовании, создании и управлении ТС, в частности).

В чем заключаются новизна системного анализа, его основные преимущества и недостатки?

Новизна системного анализа заключается в том, что он рассматривает проблему в целом, с постоянным ударением на ясность анализа, на количественные методы и на выявление неопределенности. Новыми также являются схемы или модели, где связи не могут быть адекватно выражены с помощью математической модели.

Достоинство системного анализа состоит в том, что он позволяет систематически и эффективно сочетать суждения и интуицию экспертов в соответствующих областях.

Системный анализ должен рассматриваться не как противопоставление субъективным суждениям, а как структурная основа, которая обеспечивает использование суждений экспертов в разных областях для получения результатов, превосходящих любые индивидуальные суждения. Это его цель, и возможность этого он обеспечивает.

Но субъективность суждений, неточность знаний, интуитивность оценок и неопределенность сведений о природе и о действиях других людей приводят к тому, что на базе исследования можно добиться не больше, чем оценки некоторого преимущества выбора одной альтернативы по сравнению с другой.

Системный анализ имеет и ограничения, как и другие способы исследования. Например, чистая интуиция. При использовании чистой интуиции в противоположность интуиции, применяемой в системном анализе, не предпринимается никаких усилий, чтобы выявить структуру проблемы или установить причинно-следственные связи получить решения. Интуитивный процесс состоит в том, чтобы узнать все, что можно, о проблеме, вжиться в нее подсознательно найти решение [Новое в теории и практике управления производством США / Под ред. Б. Мильнеpa. M.: Прогресс, 1971].

Ограниченность системного анализа обусловлена:

  • неизбежной неполнотой анализа;
  • приближенностью меры эффективности;
  • отсутствием способов точного предсказания будущего.

Некоторые факторы социально-политического характера должны играть важную роль при разработке и выборе альтернатив. Однако в настоящее время не существует даже приближенных способов измерить эти факторы, и приходится их учитывать интуитивно.

Чрезвычайно важно заострить на неизмеримых факторах внимание ответственного руководителя, который принимает решения.

Недостатки системного анализа заключаются в следующем. Многие факторы, имеющие фундаментальное значение, не поддаются количественной обработке и могут быть упущены из рассмотрения или умышленно оставлены для последующего рассмотрения, а потом забыты. Иногда им может придаваться неправильный вес в самом анализе либо в решении, основанном на таком анализе.

Другая причина в том, что исследование может внешне выглядеть до такой степени научным и количественно точным, что ему может быть приписана совершенно неоправданная обоснованность, несмотря на то что она включает много субъективных суждений. Другими словами, мы можем быть так очарованы привлекательностью и точностью чисел, что просмотрим упрощения, сделанные для достижения этой точности, упустим анализ качественных факторов и преувеличим важность абстрактных вычислений в процессе решения. Но без анализа мы сталкиваемся с еще большей опасностью упущения улучшений тех или иных соображений и неправильного «взвешивания» отдельных факторов.

Еще одним недостатком системного анализа является то, что он находится на начальной стадии своего развитии, его методологию еще никак нельзя назвать устоявшейся, а практическая применимость и эффективность во многом зависят от совершенства экономических, математических, логических методов и уровня конкретных знаний о сложнейших общественно-политических и социально-экономических процессах, от возможностей получения соответствующей информации о них.

Даже при четкой логическо-структурной основе исследования и применении формальных методов оценки альтернатив и поиска наилучших решений огромную роль на всех его стадиях продолжают играть субъективные суждения и интуиция экспертов и лиц, ответственных за принятие решений. Поэтому системный анализ практически никогда полностью не достигает таких стандартов научного исследования, как объективность, точность и  воспроизводимость  результатов.

В чем заключается основное значение системного анализа?

В качестве основного и наиболее ценного результата системного анализа признается не количественное определенное решение проблемы, а увеличение степени ее понимания и возможных путей решения у специалистов и экспертов, участвующих в исследовании проблемы, и, что особенно важно, у ответственных лиц, которым предоставляется набор хорошо проработанных и оцененных альтернатив.

Полезность новых методов анализа и управления и в первую очередь системного анализа состоит в следующем:

  1. в большем понимании и проникновении в суть проблемы: практические усилия выявить взаимосвязи и количественные ценности помогут обнаружить скрытые точки зрения за теми или иными решениями;
  2. в большей точности: более четкое формулирование целей, задач... снизит, хотя и не устранит, неизбежно неясные стороны многоплановых целей;
  3. в большей сравнимости: анализ (политика) может быть осуществлен таким образом, что планы для одной страны или района могут быть с пользой увязаны и сравнены с планами и политикой в отношении других районов; при этом можно выявить общие элементы;
  4. в большей полезности, эффективности: разработка новых методов должна привести к распределению денежных ресурсов... более упорядоченным образом и должна оказать помощь в проверке ценности интуитивных суждений.

Значение методов системного анализа проиллюстрируем на одном примере. Но сначала вспомним, что основными задачами системного анализа являются определение всего набора альтернатив решения проблемы и их сравнение с точки зрения затрат и эффективности при достижении определенной цели. Всякая сложная проблема включает множество различных факторов, которые не могут быть охвачены одной дисциплиной. Поэтому целесообразно создавать междисциплинарные группы специалистов, имеющих знания и квалификацию в различных областях. При этом более важным является и то, что проблема выглядит по-разному в глазах экономиста, биолога, инженера и пр. и различные подходы, свойственные им, могут лучше способствовать отысканию решений.

Возникает необходимость рассматривать проблему с различных точек зрения, чтобы выяснить, какой именно подход или какая комбинация «специальных подходов» является наилучшей. Поясним это на примере [Райветт П., Акофф Р. Исследование операций / Под ред. А. Лернера. М.: Мир, 1966]. К управляющему большим административным зданием все возрастающим потоком поступали жалобы от работавших в этом здании служащих. В жалобах указывалось, что приходится слишком долго ждать лифта. Управляющий обратился за помощью к фирме, специализирующейся на подъемных системах. Инженеры этой фирмы провели хронометраж, показавший, что жалобы вполне обоснованы. Было установлено, что среднее время ожидания лифта превышает принятые нормы. Эксперты сообщили управляющему, что имеются три возможных способа решения задачи: увеличение числа лифтов, замена существующих лифтов быстроходными и введение специального режима работы лифтов, т.е. перевод каждого лифта на обслуживание только определенных этажей. Управляющий попросил фирму оценить все эти альтернативы и представить ему сметы предполагаемых затрат для реализации каждого из вариантов.

Через некоторое время фирма выполнила эту просьбу. Оказалось, что для реализации первых двух вариантов требуются затраты, которые, с точки зрения управляющего, не оправдывались доходом, приносимым зданием, а третий вариант, как выяснилось, не обеспечивало достаточного сокращения времени ожидания. Управляющий не был удовлетворен ни одним из этих предложений. Он отложил дальнейшие переговоры с этой фирмой на некоторое время, чтобы обдумать все варианты и принять решение.

Когда руководитель сталкивается с проблемой, кажущейся ему неразрешимой, он часто считает нужным обсудить ее с некоторыми своими подчиненными. В группу сотрудников, к которым обратился наш управляющий, входил один молодой психолог, работавший в отделе найма персонала, обслуживающего и ремонтировавшего это большое здание. Когда управляющий изложил собравшимся сотрудникам суть проблемы, этот молодой человек очень удивился самой ее постановке. Он сказал, что не может понять, почему служащие, которые, как известно, каждый день бесполезно теряют много рабочего времени, недовольны тем, что им приходится ждать лифта какие-то минуты. Не успел он высказать свое сомнение, как у него мелькнула мысль, что он нашел объяснение. Хотя служащие нередко бесполезно растрачивают свои рабочие часы, они в это время заняты чем-то хотя и непроизводительным, но зато приятным. А вот ожидая лифт, они просто томятся от безделья. При этой догадке лицо молодого психолога засветилось, и он выпалил свое предложение. Управляющий принял его, и спустя несколько дней проблема была решена при самых минимальных затратах. Психолог предложил повесить на каждом этаже у лифта большие зеркала. Эти зеркала, естественно, дали занятие ожидающим лифт женщинам, но перестали скучать и мужчины, которые теперь были поглощены разглядыванием женщин, делая вид, что не обращают на них никакого внимания.

Не важно, насколько достоверна эта история, но мысль, которую она иллюстрирует, чрезвычайно важна, Психолог рассматривал точно ту же проблему, что и инженеры, но он подошел к ней с других позиций, определяемых полученным образованием и интересами. В данном случае подход психолога оказался наиболее эффективным. Очевидно, что проблема была решена за счет изменения поставленной цели, которая же свелась не к сокращению времени ожидания, а к созданию впечатления, что оно стало меньше.

Таким образом, мы нуждаемся в упрощении систем, операций, процедур принятия решений и пр. Но этой простоты не так-то легко достичь. Это труднейшая задача. Старое высказывание: «Я пишу вам длинное письмо, так как у меня нет времени сделать его коротким», может быть перефразировано: «Я делаю это сложным, так как не знаю, как это сделать простым».

Системный анализ решает эту задачу!

1.3.8 Другие понятия системного анализа

В собственном смысле слова строение системных объектов выражается рассмотренными выше понятиями «система», «связь», «структура», «целостность», «элемент».

Однако наряду с проблемами строения систем в целом ряде исследований рассматриваются различные аспекты функционирования системных объектов. Описание функционирования опирается на более широкую и, пожалуй, менее определенную систему приятии. В нее входят такие понятия, как «функция», трактуемая в математическом и в более широком планах, «состояние» и производные от последнего понятия «стабильность», «устойчивость», «равновесие», «цель», понимаемая в кибернетическом смысле, «поведение» системы, интерпретируемое также в широком смысле, «управление» и ряд других. Если основные понятия, характеризующие строение систем, могут сочетаться с понятиями категориального порядка (как, скажем, система, целостность, связь) или, во всяком случае, близки к этому уровню, то понятия, выражающие функционирование, в большинстве своем сравнительно недавно вошли в широкий научный обиход, будучи почерпнуты из различных специальных дисциплин. Поэтому их гносеологическую природу и логическое содержание крайне трудно обрисовать с необходимой ясностью, хотя несомненно, что они призваны играть весьма важную роль в описании жизни системных объектов. В последние годы некоторые из этих понятий стали объектом пристального изучения со стороны представителей технического направления системных исследований. В частности, в работах Л. Заде детально рассматривается понятие состояния, в исследованиях по самоорганизации — понятия поведения и цели и т.д. На этом фоне особенно бросается в глаза отсутствие работ философско-гносеологического и логико-методологического характера, посвященных этим понятиям и их статусу в рамках системных исследований.

Функционирование системы в среде опирается на определенную упорядоченность элементов, отношений и связей. Структурно и функционально различные аспекты упорядоченности образуют основу иерархического строения системы, разбиение ее на подсистемы (понятно, что это разбиение относительно по своему характеру).

Развитием понятия упорядоченности являются понятия структуры и организации, где понятие организации наряду с количественной характеристикой упорядоченности выражает также направленность этой упорядоченности.

Как упорядоченное целостное множество взаимосвязанных элементов, обладающее структурой и организацией, система в своем взаимодействии со средой демонстрирует определенное поведение, которое может быть активным и реактивным. Специфической чертой сложно-организованных систем является наличие в них процессов управления, что порождает, в частности, необходимость информационного подхода к исследованию систем наряду с подходами с точки зрения вещества и энергии. Именно управление обеспечивает автономность поведения системы, ее целенаправленный характер, а в связи с этим возникает необходимость целевого похода к некоторым классам систем.

Помимо перечисленных можно указать и другие аспекты в исследовании систем. К ним, в частности, относятся проблема развития систем и соответствующий аппарат понятий, хотя этот последний весьма далек от детальной разработки, а также проблема анализа сверхсложных систем, существенным компонентом которых является сознание, или сознательная деятельность (по терминологии В.А. Лефевра, системы, сравнимые по совершенству с исследователем). Разумеется, исследование тех или иных конкретных типов систем выдвигает свои особые проблемы и требует адекватного понятийного аппарата. Все это многообразие логических средств, характеризующих системы, требует детального логико-методологического исследования.

Принципиально важно различать исследования системного (сложного) объекта (системы) и системное исследование такого же объекта [Квейд Э. Анализ сложных систем. М.: Сов. радио, 1969].

Системное исследование исходит из того, что специфика сложного объекта не исчерпывается особенностями составляющих его элементов, а связана прежде всего с характером взаимоотношений между определенными его элементами.

Таким образом, если в до-системных исследованиях систем (этим наука занималась и занимается с момента ее возникновения) речь шла об описании объекта (само познание было направлено на изучение и использование отдельных свойств объектов), то системные исследования имеют своей целью выявить механизм «жизни», т.е. функционирования и развития объекта в его внутренних и внешних (касающихся его взаимоотношений со средой) характеристиках.

И еще одна терминологическая особенность системных исследований. Так как понятия «система» и «структура» не тождественны, то не тождественны системные и структурные исследования.

Структурное исследование может абстрагироваться от всего, кроме структуры изучаемого объекта.

Системное же исследование призвано раскрыть не только принципы взаимосвязи элементов в целом, но и их качественное своеобразие, иначе — представлять объект как единство формы и содержания.

Поэтому о комплексном рассмотрении всех вопросов изучения системы правильней было бы говорить с позиций системно-структурного исследования (ССИ) технических систем.

Относительно новым понятием в системном анализе является синергетика. Это принципиально новое видение мира и новое понимание процессов развития в отличие от господствующей на протяжении столетий классической науки Ньютона и Лапласа, у которых:

  • случайность исключалась как нечто внешнее и несущественное;
  • процессы в мире представлялись как обратимые по времени, предсказуемые на неограниченно большие сроки;
  • эволюция рассматривалась как процесс, лишенный отклонений.

Синергетика основана на идеях системности мира и научного знания о нем, общности закономерностей развития объектов всех уровней материальной и духовной организации, нелинейности (т.е.  многовариантности и необратимости), глубины взаимосвязи хаоса и порядка (случайности и необратимости), открытости мира (становящегося, а не существующего), непрерывно возникающего по нелинейным законам [Князева Е.Н. Случайность, которая творит мир (Новые представления о самоорганизации в природе и обществе) // Философия и жизнь. М.: Знание, 1991. N 7]. Предметом изучения синергетики являются механизмы самоорганизации, т.е. механизмы самопроизвольного возникновения относительно устойчивого существования и саморазрушения макроскопических упорядоченных структур. Механизмы образования и разрушения структур, механизмы перехода от хаоса к порядку и обратно не зависят от природы элементов и систем. Они присущи миру живых и неживых систем. Эти механизмы затрагивают жизнь каждого человека, его поведение в обществе, радикально изменяют наше понимание социальных и природных процессов развития. Ибо в условиях кризиса у человека нет времени нащупывать оптимальную организацию мира методом проб и ошибок. Надо знать эволюционные правила запрета, чтобы обеспечить будущее человечеству.

Одной из новых системных наук является и эдукология. По В.Г. Кинелеву, Председателю Комитета по высшей школе Министерства науки России, это наука о принципах формирования образованного человека и фундаментального знания как части общечеловеческой культуры с одной стороны, и являющейся основой для профессиональной подготовки специалистов — с другой.

По Т. Хюсену, президенту Международной академии образования, эдукология — это наука о воспитании, главным образом взрослого населения. Здесь уместно привести мнение акад. Д.С. Лихачева: целью подготовки современного специалиста является не образование, а воспитание.

Замечательный австрийский педагог Г. Гмайнер утверждал, что будущее человечества зависит прежде всего от того, насколько миру удастся воспитать в подрастающем поколении чувство собственного достоинства (ЧСД). Основа ЧСД — вера в себя, а не в партию и законы. Все успехи государства идут от человека с ЧСД. Область ЧСД — то, что необходимо человеку для выработки собственного мнения, отношения к различным решениям. ЧСД — это ощущение человеком своей собственной ценности как неповторимой личности. Когда сломлено достоинство — начинается рабство. Быть рабом и быть с рабами проще. Начинается хамство, суть которого — поучать и наставлять.

Лишившись ЧСД, человек освобождается от свободы, выбора, риска, а значит, и... от системного анализа.

Еще одна новая системная наука — акмеология. Это наука о вершинах жизни и профессиональной деятельности, о факторах, содействующих и препятствующих достижению вершин, о закономерностях обучения вершинам будущих специалистов. Одной из таких вершин и является познание и понимание системного анализа. Выбор оптимального решения, которое возможно лишь в системном знании, — другая вершина. Системные оценки деятельности человека — третья вершина и т. д.

Оглавление    
Глава 1.2, «Современный этап научно-технической революции (НТР)» Глава 2, «Логика и методология системного анализа»